РФ: Адвокатура хочет участвовать в назначении судей

Адвокаты желают обязать президента и квалификационные коллегии объяснять, почему они отклонили того или иного кандидата на должность судьи, и говорят о необходимости иметь своего представителя в ККС и ВККС. В Федеральной палате адвокатов предлагают ввести годичную стажировку для кандидатов в судьи и рассказывают о способе уменьшить нагрузку на судей. Заодно адвокаты критикуют УПК за то, что позволил судьям быть судьей в своем деле.

Пока президент Владимир Путин ликвидирует Высший арбитражный суд и создает ‘единый’ Верховный, российская адвокатура жалуется на ситуацию в судах общей юрисдикции и предлагает свой вариант реформы. Примечательно, что замечаний к арбитражным судам у адвокатов нет. Свою попытку вмешаться в устройство судебной системы они объясняют тем, что ‘все трудности, все острые вопросы адвокатской деятельности связаны с состоянием дел в судах и правоохранительных органах, с личностью тех, кто представляет эти службы во взаимоотношениях с конкретным адвокатом’. Новеллы от ФПА изложены в докладе ‘Конституция Российской Федерации и защита прав гражданина (позиция российской адвокатуры)’.

Нагрузка на судей

Особое внимание авторы доклада уделяют чрезмерной нагрузке на судей, которая негативно сказывается на качестве выносимых решений. В ФПА считают, что нужно освободить судей ‘от выполнения чисто технических и организационных функций, не относящихся непосредственно к отправлению правосудия’. Одним из способов решения этой проблемы адвокаты видят более активное и в то же время взвешенное вовлечение работников аппарата суда и офиса судьи в судебную деятельность, говорится в докладе. Для этого следует, в частности, определить состав и процессуальный статус сотрудников аппарата суда, непосредственно работающих вместе с судьей, а также разграничить понятия ‘судебная деятельность’ и ‘правосудие’.

Отбор и назначение

В адвокатуре недовольны тем, что закон ‘Об органах судейского сообщества в Российской Федерации’ запрещает адвокатам входить в состав квалификационных коллегий в качестве представителей общественности. ‘Общественное объединение, признанное таковым в силу закона, не может делегировать своего представителя в состав коллегии’, — рассуждают в ФПА и отмечают, что это положение ‘могло бы быть обжаловано в Конституционный суд’. В то же время судьи по закону об адвокатской деятельности входят в квалификационные комиссии адвокатских палат.

Возмущение у адвокатуры вызывает и отсутствие своих представителей в Высшей квалификационной коллегии судей. ‘Складывается совершенно ненормальное положение, при котором ни одна из общественных организаций юридической направленности или правозащитных организаций не представлена в ВККС, — говорится в докладе. — В то же время ‘общественность’ представлена там должностными лицами государственных учреждений образования’.

Адвокатура предлагает повысить статус экзаменационных комиссий для судей — и регулировать их деятельность федеральным законом, а не положением ВККС. Кроме того, они отмечают разную степень сложности экзаменов в зависимости от региона, а также субъективность оценок. Для ограничения свободы усмотрения со стороны как экзаменационных комиссий, так и ККС авторы доклада предлагают на законодательном уровне установить точные критерии приемлемости кандидата.

Заодно ФПА предлагает перенять зарубежный опыт и ‘ввести для кандидатов на должность судьи обязательную специальную профессиональную подготовку к работе в должности’. Длиться такая стажировка должна не менее года.

ККС нарушают Конституцию

Нарушением является отказ в назначении на должность в связи с тем, что кандидат ‘не набрал более половины голосов членов коллегии’. По Конституции органы госвласти, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом. ККС не являются органами госвласти или местного самоуправления, признают в ФПА, но они выполняют публично-властные функции, в результате чего оказывают непосредственное воздействие на реализацию прав и свобод человека.

Поэтому кандидат должен иметь возможность ознакомиться с документами, в которых изложены мотивы, определившие мнение большинства членов ККС не рекомендовать его для занятия той или иной судейской должности. ‘Под мотивом понимается побудительная причина, повод к какому-либо действию, — объясняют авторы доклада. — Поэтому результаты голосования в ККС являются не мотивами, а следствием’.

Мотивированное заключение позволило бы такому кандидату в будущем адекватно оценить свои возможности, а также понять, что он должен сделать, чтобы повысить свои шансы на получение одобрения — например, заняться повышением профессиональной подготовки, изменить свое поведение в быту или на работе.

ФПА предлагает распространить обязанность выносить мотивированное заключение об отклонении кандидатуры на должность судьи и на президента, за которым сейчас остается последнее слово в вопросе назначения судьи. Такой документ должен получать кандидат и соответствующая ККС, говорится в докладе.

Мировые судьи

Особое внимание в докладе уделяется мировым судьям, статус которых, по мнению ФПА, уязвим, а ‘необоснованно завышенное число категорий дел’, подсудных им, приводит к непомерно высоким нагрузкам. Во-первых адвокаты предлагают исключить давление на мировых судей со стороны властей и правоохранителей. Для этого предлагается первое назначение делать по существующему порядку — через представительный орган, а все последующие — как и для федеральных судей через квалификационные коллегии.

Во-вторых, для повышения качества правосудия авторы доклада предлагают ‘перераспределить нагрузку между федеральными районными судами и мировыми судьями’: оставить мировым уголовные дела только частного обвинения — и нагрузка сократится на четверть. ‘Положение, при котором мировые судьи рассматривают только дела частного обвинения, а федеральные суды – дела публичного и частно-публичного обвинения, соответствует природе мирового правосудия, — говорится в докладе. — Последнее должно ориентироваться прежде всего на стремление урегулировать конфликт, завершив его заключением мирового соглашения сторон’.

Заодно адвокаты предлагают ввести должности ‘запасных судей’, которые будут работать, если мировой судья заболел, ушел в отпуск или место оказалось вакантным. Сейчас за отсутствующего коллегу приходится отдуваться загруженным своими делами мировым судьям другого судебного участка. Кроме того, считают в ФПА, ‘запасные’ судьи смогли бы разгрузить мировых судей по части дел об административных правонарушениях, по которым не предусмотрены административный арест или лишение права заниматься определенной деятельностью, лишение водительских прав.

Апелляция и кассация — не более, чем смена вывески

Помимо кадровых вопросов, адвокаты разбирают в докладе и сложившуюся судебную практику. В частности, они не видят плюсов в появлении с 1 января 2013 года апелляции в уголовном судопроизводстве. ‘Практика свидетельствовала о крайне низкой эффективности кассации (она выполняла роль второй инстанции до 2013 года), — сетуют авторы доклада. — Представляется, что новый порядок пересмотра дел по существу свелся к изменению названия, и в результате после принятия новой редакции УПК ситуация с защищенностью прав граждан оказалась не лучше, а в чем-то даже и хуже, чем до 1 января 2013 года’.

Апелляционные (кассационные) коллегии в своих определениях почти никогда не отвечают на доводы жалоб, возмущаются адвокаты, эта незаконная практика фактически упраздняет право на обжалование как таковое. Причины они видят в недостатке законодательного регулирования. Каждое процессуальное решение суда должно быть мотивированным, но УПК не объясняет, в чем состоит мотивированность, а лишь обязывает кратко изложить доводы жалобщика и привести мотивы принятого решения.

‘Приведение мотивов принятого по жалобе решения и указание на мотивы, по которым доводы жалобы признаны несостоятельными, – вовсе не одно и то же, — возмущаются в ФПА. — Обычно суд апелляционной (кассационной) инстанции формулирует в определении: ‘Нарушений процессуального и материального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено’ – к этому и сводится мотивировка принятого решения’. Назвать это рассмотрением доводов жалобы было бы большой натяжкой, отмечают авторы доклада и напоминают про норму УПК РСФСР, которая обязывала суд кассационной инстанции указывать основания, по которым доводы жалобы или протеста признаны неправильными или несущественными (ч. 2 ст. 351 УПК РСФСР). ‘Нет сомнения в том, что старая формулировка полнее обеспечивала права участников процесса в кассационной инстанции, — убеждены адвокаты. — Расчет законодателя на должный уровень правосознания судей наивен и неверен по существу: не грамотность судьи должна служить гарантией от несовершенства закона, а наоборот, точные формулировки закона должны быть гарантией от неграмотности судей’.

Судьи могут рассматривать жалобы на самого себя

Сейчас кассационные и надзорные жалобы по делам предварительно рассматриваются судьями соответствующих судов. И тут адвокаты обнаружили серьезную проблему: судья вправе рассматривать жалобу по существу, но не обязан ответить на доводы жалобы, а должен в постановлении об отказе в передаче жалобы на рассмотрение в судебном заседании привести мотивы принятого решения. Обойти это решение уже не удасться — внесение повторных кассационных жалоб или представлений УПК не допускает. ‘Таким образом, рассматривающий жалобу судья фактически действует как суд в единоличном составе, — резюмируют в ФПА. — Но если это так, то и поступать он должен в соответствии с судебной процедурой – рассматривать жалобу (представление) с участием сторон, не только прочитав ее, но и выслушав доводы подателя жалобы и прокурора, предоставив сторонам возможность заявлять ходатайства и отводы’. Заодно они предлагают исключить из УПК запрет на подачу повторных кассационных жалоб, в том числе и по новым доводам.

Кроме того, судьи не только отвергают жалобы, в которых поставлен вопрос об отмене приговора по основаниям, не предусмотренным в законе, но и те, с доводами которых не согласны. В результате нарушается конституционное право осужденного на пересмотр приговора вышестоящим судом, считают в ФПА. Было бы логично, если бы правомочия судьи в этих случаях ограничивались рассмотрением вопроса о формальной приемлемости жалобы, считают авторы доклада.

‘Более того, оказалось, что эти постановления иногда выносят судьи, принимавшие участие в кассационном рассмотрении дела, причем в качестве судей-докладчиков. Казалось бы, это запрещено законом, — говорится в документе. — Однако в соответствии с УПК РФ судья рассматривает не дело, а жалобу (представление). Видимо, на этом и основана такая практика, когда, по существу, судья рассматривает жалобу на самого себя’.

Не согласны в адвокатуре и с нормой УПК, запрещающей обжаловать после года вступления в силу приговоры и другие решения по уголовным делам ч. 3 ст. 401.2 УПК). Годичный срок не всегда оказывается достаточным для подготовки жалоб, особенно по многоэпизодным делам и при вступлении в дело нового адвокаты, настаивают в ФПА.

Татьяна Берсенева

Хотите быть в курсе важнейших событий? Подписывайтесь на АНТИРЕЙД в соцсетях.
Выбирайте, что вам удобнее:
- Телеграм t.me/antiraid
- Фейсбук facebook.com/antiraid
- Твиттер twitter.com/antiraid

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *