Военные учения Путина — это не просто игры

Корреспондент The Guardian Эвен Макаскилл комментирует учения российский вооруженных сил у границ Украины и в Каспийском море: ‘Давно прошли те времена, когда Россия устраивала военные учения или военно-полевые сборы только для того, чтобы привести свои войска в состояние боевой готовности. Это не учения, а скорее демонстрация военной силы, сознательная провокация, призванная запугать и дестабилизировать’.

‘Одно из преимуществ военных учений состоит в том, что истинные намерения можно отрицать. Путин может говорить, что проводятся обычные тренировки’, — продолжает Макаскилл. Он цитирует профессора Стэнфордского университета Иена Морриса: ‘Военные учения можно представить чем угодно. Иногда это способ послать сигнал, примерно как в случае с мафией, которая подкладывает вам в постель лошадиную голову. Иногда же ‘учения’ являются прикрытием для мобилизации перед вторжением, как это продемонстрировали недавно русские. Проблема в том, что иногда бывает сложно отличить одно от другого. В ноябре 1983 года чуть не дошло до ядерной войны, потому что Советы подумали, что учения НАТО — это разминка перед нападением’.

‘Путин способен применить использованную на Украине стратегию где угодно, снова и снова, — предостерегает корреспондент. — Учения ВМФ в Каспийском море приведут к распространению кризисе за пределы украинских границ, создавая новую угрозу, перспективу неприятностей в Казахстане, Туркмении и Азербайджане. Во всяком случае, существует вероятность перебоев с поставками нефти’.

‘Другие страны тоже используют военные учение и военно-полевые сборы для того, чтобы посылать сигналы, оказывать давление и угрожать’, — отмечает автор. В то же время он пишет, что ‘США и их союзники по НАТО регулярно проводят совместные учения со своими партнерами по всему миру, имея целью наладить хорошие отношения, больше узнать о различных регионах и быть лучше подготовленными на случай кризиса. Ныне США отправляют 600 военных в Польшу и страны Балтии, тоже для ‘учений’. Но у США и НАТО нет воли и людских ресурсов, чтобы в ответ на украинский кризис предпринять нечто большее, чем ввести экономические санкции и провести собственные совместные военные учения, в которых не содержится того угрожающего смысла, какой вкладывает в них Путин’.