Слишком большой, чтоб упасть. Как грохнулся «Дельта Банк»

Банковская империя Николая Лагуна рассыпалась.

В июле 2014 года Нацбанк отнес «Дельта Банк», принадлежащий Лагуну, к восьмерке критично важных банков для системы. «Дельта» по размеру общих активов был четвертым среди 158 действовавших финучреждений. В нем лежало 23 млрд грн депозитов более полумиллиона вкладчиков. Спустя восемь месяцев Нацбанк признал «Дельта Банк» банкротом. Вслед за «китом» «под лед» ушло остальное добро Лагуна: «Кредитпромбанк», «Омега Банк», белорусский «Дельта Банк» и «Астра Банк».

Банкир без боя не намерен сдаваться. Свидетельство этому — переговоры с возможными инвесторами и митинги за национализацию банка. Но есть ли шанс на возрождение «Феникса из пепла»?

‘Лагун сформировал пирамиду, которая могла бы трансформироваться во что-то, но при других обстоятельствах’

Собственника «Дельта Банка» Николая Лагуна называли банкиром с особым чутьем.

В период кризиса он активно скупал активы в результате чего в его руках оказались контрольный пакет акций «Дельты», белорусский «Дельта Банк», «Кредитпромбанк», «Омега» и «Астра Банк».

Пресса представляла его как легенду, финансового гения и олигарха, который рвался в миллиардеры. На деле же Лагун может и стал миллиардером, но только таким, который остался должен 4 млрд Национальному банку и более полумиллиону вкладчиков группы ‘Дельта’.

Начинался бизнес Николая Лагуна с точек розничного экспресс-кредитования в больших магазинах. «Реальные доходы от выдачи потребительских и моментальных кредитов были просто сумасшедшие. Даже если половина из них не возвращалась, Лагун все равно оказывался в плюсе», — говорит экономист Борис Кушнирук.

Сам банкир не раз рассказывал в прессе о покупке активов других банков с дисконтом и наличии различных программ работы с клиентами (перекредитование, реструктуризация.)

«Он умел договариваться и действовал по принципу: покупай в кризис — продавай на пике. Банкир умело договаривался с клиентами, например, о том, что в случае погашения половины кредита, штрафы и пеня будут отменены. Итого, за считанные месяцы он мог получить 30% от суммы. Это означает, что годовой доход превышал 100%», — анализирует Кушнирук.

В 2014 году массовые оттоки депозитов из банковской системы вынудили «Дельта Банк» предлагать высокие проценты по депозитам. В банке начались проблемы, вводились лимиты на снятие средств, частично перестали заправляться банкоматы, партнерские банкоматы все чаще отказывали в выплатах — банк-пирамида стал расшатываться.

«Пирамидальная модель бизнеса имеет право на существование. При одном обязательном условии — постоянный доступ к неограниченной ликвидности. И этот доступ до поры до времени у него (Лагуна – ред.) был. Он хорошо ладил с экс-главами Нацбанка — Владимиром Стельмахом, Сергеем Арбузовым, Игорем Соркиным», — рассказывает экономист Борис Кушнирук.

Сказать, что он действовал полностью безответственно — нельзя, Лагун не создавал пирамиду, чтоб потом скрыться с деньгами, считает эксперт. «Он сформировал огромную пирамиду, которая могла бы даже трансформироваться во что-то другое, но при иных обстоятельствах. Ведь после 2008 года теоретически мы могли бы не свалиться в новый кризис 2012-2014 годов. В этом случае Лагун мог бы выиграть», — считает эксперт.

Лагун просто прогадал со стратегией, он выбрал модель, которая предназначена для стабильных сильных рынков, комментирует главный финансовый аналитик агентства ‘Эксперт-Рейтинг’ Виталий Шапран.

А в марте 2015 года после падения «Дельта Банка», «Кредитпромбанка», «Омега Банка» Национальный банк Беларуси принял решение о введении временной администрации в ЗАО ‘Дельта Банк’. Последним с рынка вывели «Астра Банк».

Сам Н. Лагун перед своими вкладчиками не оправдывается, рассказывает клиент неплатежеспособного «Дельта Банка», а сейчас активист движения за национализацию финучреждения Дмитрий Клименко.

«16 марта встречались с Николаем Ивановичем. Мы его не уличали в вине (в том, что банк признан неплатежеспособным — ред.) — он не признавался. У нас была задача наладить конструктивный диалог. Он объясняет падение банка сложной обстановкой в стране. Он не оправдывался, но у него была такая реплика: «Ребята, если б я что-то украл — меня здесь уже не было бы».

Никто не предлагал национализировать «Дельта Банк» полностью

Нацбанк пытался оставить банк на плаву и выступал за национализацию «Дельты». Да и ФГВФЛ не мог прийти в себя после падения больших VAB и «Надра банка», поэтому был категорически против такого «счастья», как «Дельта». «Too big to fail — слишком большой, чтоб упасть», — говорил о банке заместитель директора-распорядителя фонда Андрей Оленчик. «Логично ожидать, что если кто-то из восьмерки системно важных банков приближается к зоне повышенной турбулентности, должно быть сделано все, чтобы не допустить его передачу в фонд для введения временной администрации с последующей ликвидацией», — заявлял он незадолго до падения «Дельты». При этом Оленчик не скрывал, что с технологичной точки зрения фонд к таким сценариям готовится. «Мы уже тестировали, как наш софт справится с такой базой вкладчиков. С технологичной точки зрения будет непросто».

По словам первого заместителя главы НБУ Александра Писарука, никто никогда не предлагал взять и национализировать «Дельта Банк» полностью. «Мы предлагали сначала очистить банк от шлаков, и очищенную здоровую часть национализировать», — рассказывает он.

В начале 2014 года Нацбанк дал «Дельте» кредиты на поддержание ликвидности на сумму более 4 млрд грн. Лагун представил план докапитализации, и НБУ дал ему еще и стабилизационный кредит на 960 млн грн под залог государственных ценных бумаг. Указанные меры временно исправляли ситуацию, однако деньги в банк его акционерами так и не были влиты.

«Дельту» мы не смогли поддержать, потому что у них не было достаточно ликвидного залога. Без залогов кредит рефинансирования НБУ не выдает, он должен быть определенного типа, класса иметь оценку», — сказала директор генерального департамента банковского надзора НБУ Алла Шульга. «Мы зажали оценку очень сильно, мы перестали в воздух (рефинансирование – ред.) давать», — добавляет Писарук.

Однако Министерство финансов отказалось национализировать банк. Чисто арифметически, там подсчитали, что это дорого будет обходиться государству. ‘Национальный банк видел возможности национализации банка. Экспертный совет (Минфина — ред.) рассматривал возможность его национализации, поэтому проводилась оценка портфеля, оценка качества активов этого банка, но в итоге было принято решение, что активы не самые лучшие’, — пояснила глава Нацбанка Валерия Гонтарева, добавив, что необходимость в докапитализации «Дельты» составляла порядка 22 млрд грн.

Есть ли шансы на жизнь у «Дельты»?

Н. Лагун всячески готов содействовать спасению банка, но без государственной поддержки все потуги равны нулю, рассказывает активист движения за национализацию «Дельта Банка» Д.Клименко.

«Николай Иванович предлагал варианты — вхождение крупных вкладчиков в число акционеров и продажу активов и пассивов государственному банку, но на это нужна политическая воля», — говорит он.

По словам активиста, сами вкладчики крупного и среднего сегмента готовы на это пойти. «Мы готовы не забирать деньги, замораживать выплаты, снижать ставки. Для нас катастрофа — потерять эти деньги. Некоторые жены звонят, что не могут мужей оставить одних дома — те хотят повеситься из-за потерянных средств’.

По словам А. Писарука, с «Дельта Банком» были пройдены «все круги обсуждений со всеми, во всех кабинетах на самом высоком уровне». Предложение о национализации здоровой части банка не было поддержано. «Возможно, к сожалению. Но это сейчас уже другой вопрос», — говорит он.

«Я не знаю, что последует (за выведением «Дельты» с рынка — ред.). В нашей стране трудно прогнозировать. Но так как это должно быть «по книге» — все решения о национализации должны приниматься до того (до признания банка неплатежеспособным — ред.). Мы прошли шесть кругов обсуждений, из них в четвертом лично участвовал. Ну, пройдено уже все, подписано, рассказано, цифры разложены, фискальные расходы рассчитаны в случае национализации или передачи в фонд и последующей ликвидации: прямые, непрямые, системные риски, последствия. Все посчитано. МВФ, Мировой банк — все участвовали. Решение принято. В нашем понимании, история закончена», — говорит он, добавляя, что опыт национализации 2008-2009 годов оказался уж очень болезненным и плохим. «Государство — не эффективный собственник», — резюмирует он.

Налогоплательщики не должны рассчитываться за относительно хорошую жизнь банкиров

В марте, после падения «Дельта Банка», Верховная Рада наконец-то ввела уголовную ответственность для руководителей и связанных с банком лиц за доведение банков до неплатежеспособности. Так, умышленное доведение банка до неплатежеспособности будет наказываться ограничением свободы на срок от 1 до 5 лет или лишением свободы на тот же срок, с наложением штрафа в размере 85 — 170 тыс. грн.

Глава НБУ Валерия Гонтарева утверждает, что Николай Лагун подпадает под этот закон.

«Однозначно Лагун подпадает под этот закон… Считается, что закон обратной силы не имеет, но дело в том, что мы не можем сказать, что у нас совсем не было законодательства на эту тему и все безответственно делалось. Мы вносим дополнительные изменения (законом № 2085), которые позволят нам намного быстрее реагировать», — поясняет Гонтарева.

По последним данным ФГВФЛ, на собственников и на менеджмент неплатежеспособных банков подано исков на 58 млрд грн.

По мнению исполнительного директора фонда Блейзера Олега Устенко, крупнейшая девальвация негативно повлияла на качество кредитных портфелей банков и как только запахло жаренным — произошла естественная реакция собственников банков — вывод средств за пределы страны. Однако налогоплательщики не должны рассчитываться за относительно хорошую жизнь банкиров. «Нужно давить на собственников банков пока не будет продана дорогая квартира в Лондоне или дворец у Хуана-Карлоса в Испании. Такие истории тоже есть. До тех пор, не нужно делать поблажек для собственников банков», — уверен он.

Хотите быть в курсе последних важных событий? Подписывайтесь на телеграмм-канал АНТИРЕЙД t.me/antiraid