Только если Европа примет во внимание эту предпосылку, ее политика в отношении Украины будет иметь успех

‘События 24 августа 2017 года происходили по сценарию, немыслимому для Москвы еще 25 лет назад. Президент Украины Петр Порошенко принимал военный парад, в котором впервые участвовали и военные силы НАТО, демонстративно стоя рядом с министром обороны США Мэттисом. То, что западные СМИ чествуют как триумф демократии и законную реализацию права европейского государства на самоопределение, с точки зрения России представляет собой катастрофу, с которой в Кремле не примирятся ни при каких условиях’, — пишет в своей статье на сайте Focus Кристиан Остхольд, немецкий историк, специализирующийся на изучении России.

‘Когда на исходе лета 1991 года Украина объявила о своем выходе из состава СССР, узаконив это решение 1 декабря того же года в ходе референдума, трансформация второй по значимости после России советской республики в суверенное государство перестала быть формальностью’, — говорится в статье.

‘В 1995 году Москве удалось не только (…) сохранить за собой 81% находившегося исключительно на территории Украины Черноморского флота, но и оставить себе расположенную в портовом городе Севастополь в Крыму военно-морскую базу’, — пишет автор.

Уже 8 декабря 1991 года, за три недели до того, как 31 декабря СССР официально прекратил свое существование, был создан СНГ — ‘организация, в задачу которой входила экономическая консолидация бывших советских республик, фактически же служившая сохранению российского влияния в них’, — повествует историк.

‘Тот факт, что наряду с Россией и Украиной в число основателей СНГ входила лишь Белоруссия, свидетельствует о той органической связи, которая лежит в основе российско-украинских отношений и является неизбежной в более глубоком понимании нынешнего глубочайшего кризиса в отношениях между двумя государствами. Украинцы и русские, благодаря своей принадлежности к группе восточных славян, имеют многовековую общую историю и более тесно связаны друг с другом, чем многие полагают’, — замечает Остхольд.

Подробно останавливаясь на объединяющих две нации совместных исторических вехах, начиная с того, что ‘центральная территория сегодняшней Украины была колыбелью русской цивилизации’, и заканчивая событиями новейшей истории, автор пишет о том, что ‘превалирующая часть населения Украины с незапамятных времен находится под влиянием славянско-православной традиции, которая тесно связывает ее с Россией’.

‘Для местного славянского большинства Украины вплоть до второй половины XIX века не имело никакого смысла обозначать себя как украинцев. (…) Название ‘Украина’ — не что иное, как производное от русской ‘окраины’. Таким образом, — поясняет автор, — Украина была окраиной Российской империи, крестьянское население которой хотя и говорило с точки зрения России на своем диалекте, однако не представляло собой отдельной нации. И этот факт начиная с середины XIX века непременно хотела изменить культурная элита, проживающая как в Галиции, так и в более восточных районах’.

Во времена СССР начался процесс, в ходе которого были последовательно русифицированы те части населения, которые между собой не разговаривали по-русски. Это, поясняет автор, произошло потому, что значительная часть деревенского населения переехала в города — в том числе из-за последствий ужасного голода 1932-1933 годов. А в городах, чтобы работать и общаться, они должны были выучить как бытовой, так и официальный русский язык.

‘Различия между украинцами и русскими в то время стерлись настолько, что смешанные браки уже таковыми не воспринимались, а стали обыденностью’, — пишет автор.

‘И только после 1991 года (…) политический климат в стране переменился. В рамках суверенного государства представители культурной и управляющей элит из Западной Украины (…) начали навязывать остальной части страны свои собственные представления о том, что себой представляет понятие государственности. Речь шла при этом об эксклюзивной модели национального государства одного этноса — идеи, позаимствованной в XIX веке’, — повествует автор публикации.

‘По мнению националистически настроенных политиков, гражданами этого государства могли стать лишь те, кто окончательно и бесповоротно признает себя украинцем и примет жесткое отгораживание от России. Военный конфликт, который уже три года бушует на востоке страны, является прямым следствием сопротивления части населения, которой из-за культурной и идеологической близости с Россией ближе федеративная модель государства и которая отвергает ассимиляцию в духе западноукраинских политиков’, — считает историк.

Как замечает эксперт, ‘вопросов не вызывает и тот факт, что Россия (…) непосредственным образом заинтересована в предотвращении потери своего влияния на территориях, от которых не может отказаться по геополитическим причинам (Крым) и которые с момента становления российской государственности были ее составными частями (Донецкая и Луганская области)’.

‘Тот факт, что в этой ситуации не только ЕС, чьи политики попались в украинскую ловушку и наивно верят в то, что при президенте Порошенко происходит аутентичная демократизация страны, но и США готовы указать Украине путь на Запад, не имеет ничего общего с обеспечением политически нестабильной страны надежным будущим, а служит в первую очередь цели ослабления России’, — уверен Остхольд.

‘Из-за насущных проблем ЕС (…) совершенно очевидно, что в среднесрочной перспективе у Украины нет шансов стать новым членом Евросоюза’, — уверен он.

‘А то, что Вашингтон, тем не менее, обрисовал Киеву перспективу вступления в НАТО, объясняется тем, что США до сих пор воспринимают альянс как инструмент, необходимый для расширения сферы собственного влияния’, — говорится в статье.

‘Какой бы опасной ни была американская политика из-за ее открытого провоцирования России, (…) логика ее вполне понятна и полностью отвечает интересам Вашингтона: ослабить позиции России на европейском континенте и изолировать посредством конфликта с ЕС’, — отмечает автор материала.

‘Прямой противоположностью предстает стратегия ЕС: местами лишенная плана, а иногда полная парадоксов. Она проявляется в том, что на Украине поддерживаются те политические силы в лице устремившегося в Европу правительства, которые хотят установить национальное государство по этническому принципу’, — пишет Остхольд.

Более разумной, по мнению историка, была бы осмотрительная политика в отношении Украины со стороны как ЕС, так и особенно Германии. ‘Не стоит давать Киеву ложные надежды на быструю интеграцию в Европу, лучше указать политическому руководству страны на границы обоюдного сближения. Еще более важным является осознание того, что ни ЕС, ни Германия не заинтересованы в расстроенных отношениях с Москвой — слишком важна роль России как торгового партнера, слишком сильный она имеет вес в Восточной Европе’.

‘По этой причине сегодня как никогда важным становится принцип, основанный на том, что конфликт на Украине может быть решен лишь в том случае, если в надлежащем объеме будут соблюдаться интересы России в регионе. Это не означает, что Москва может верховодить на Украине, а соответствует тривиальному пониманию того, что Россия не будет сложа руки наблюдать за тем, как НАТО расправляет крылья в самом сердце зоны ее многовекового влияния’, — заключает Кристиан Остхольд.

Источник: Focus

Хотите быть в курсе важнейших событий? Подписывайтесь на АНТИРЕЙД в соцсетях.
Выбирайте, что вам удобнее:
- Телеграм t.me/antiraid
- Фейсбук facebook.com/antiraid
- Твиттер twitter.com/antiraid

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *