"Деньги заканчиваются" Что значат заявления главы Минфина Украины об урезании зарплат и повышении налогов

«Деньги заканчиваются» Что значат заявления главы Минфина Украины об урезании зарплат и повышении налогов

Украинцев пугают жестким экономическим кризисом, снижением зарплат и пенсий, резким повышением налогов и национализацией. Такие перспективы обрисовал в недавнем интервью The Economist министр финансов Сергей Марченко.

В частности, он отметил, что, если война продлится больше 3-4 месяцев, правительству Украины придется принимать «болезненные меры»: сокращать бюджетные расходы, в том числе зарплаты, пенсии и социальные выплаты, а также повышать налоги. В интервью прозвучал и посыл о возможной национализации предприятий.

Правда, подробностей — насколько могут вырасти налоги и снизиться зарплаты и соцвыплаты и какие объекты пойдут под национализацию, — Марченко не сообщил. Но даже озвученные тезисы произвели эффект разорвавшейся бомбы как в предпринимательском сообществе, так и среди рядовых украинцев.

И бизнесу, и людям с начала войны и так приходится нелегко, многие оказались буквально на грани выживания. Но до недавнего времени риторика властей была кардинально иной: они говорили о поддержке и стимулировании, а не о закручивании гаек.

Хотя при этом по факту непопулярные меры уже понемногу запускают. Например, госслужащие жаловались, что им начали урезать зарплаты, в частности, снимать премии и различные доплаты. С бизнесом та же ситуация: 12 мая парламент принял законопроект №7360, который возвращает налоговые обязательства для тех плательщиков, у которых есть возможность их выполнять, и снова запускает камеральные и документальные проверки налоговой отчетности. Еще одно нововведение — возобновляется возмещение НДС.

При этом в экспертном сообществе мнения разделились.

Глава секретариата Совета предпринимателей при Кабмине Андрей Забловский говорит, что в случае затяжной войны у страны просто не будет другого выхода — придется идти на секвестр бюджета. Сокращать расходы, а также повышать налоги и национализировать бизнес-активы.

Экономист Алексей Кущ, наоборот, считает, что эти меры добьют и без того слабую украинскую экономику.

«Государство сейчас должно не снижать, а, наоборот, повышать расходы, в том числе, на социальную сферу. И снижать налоги, создавая стимулы для бизнеса. Только так можно предотвратить падение ВВП и перезапустить экономику», — говорит эксперт.

Есть и альтернативная точка зрения — что заявления Марченко это попытка побудить Запад ускориться с предоставлением финансовой помощи Украине для покрытия бюджетных расходов.

Разбирались, грозит ли Украине рост налогового бремени, урезание зарплат и пенсий, а также будет ли национализация.

Действительно ли все так плохо?

В интервью The Economist Марченко заявил, что правительству до сих пор удавалось выполнять весь пакет социальных гарантий бюджета, хотя ежемесячный дефицит финансов составляет примерно 5 млрд долларов и большим бременем являются зарплаты военным.

Правительство занималось выпуском и продажей военных облигаций, внешними заимствованиями, допечатыванием денежной массы. Однако все эти методы к осени могут исчерпаться.

«Если война продлится больше чем еще три-четыре месяца, потребуются болезненные меры, в том числе резкое повышение налогов и резкое сокращение расходов», — сказал Марченко.

Отметим, что ситуация в отечественной экономике действительно сложная. В апреле в общий фонд бюджета поступило 76,2 млрд гривен, что на 26% меньше, чем в марте. Бизнес не может полноценно перезапуститься.

«42% украинской экономики на сегодня не работает. По данным Международной организации труда, Украина потеряла около 5 млн рабочих мест, а это приблизительно треть всех рабочих мест в стране. Если война закончится за 2-3 месяца, 1,5 млн рабочих мест удастся вернуть. Если же она затянется, потери могут быть еще больше — до 7 млн рабочих мест. Что это значит для страны? Уровень поступлений в бюджет станет настолько низким, что государство просто перестанет справляться с социальными обязательствами: выплачивать зарплаты бюджетникам, социальные пособия, субсидии, пенсии. В то же время расходы на войну будут и дальше продолжаться, что еще больше усугубит бюджетный кризис. В этой части глава Минфина Сергей Марченко сказал чистую правду», — отмечает глава Экономического дискуссионного клуба Олег Пендзин.

«Для неподготовленной украинской экономики затяжная война может оказаться критическим испытанием. Многим предприятиям не удается перезапуститься в войну, разорваны логистические  цепочки, уничтожена часть инфраструктуры, нарастает инфляция. В итоге источников наполнения бюджета становится все меньше, тогда как расходы на войну просто огромные. Дефицит покрывается за счет внешних вливаний, но понятно, что чем дольше будет продолжаться война, тем сильнее придется ужимать «непрофильные» расходы, в том числе, социальные», — добавил глава аналитического департамента Forex Club Андрей Шевчишин.

«Война и так стоит Украине 5 млрд долларов в месяц, или 5% ВВП, а если боевые действия затянутся, эти затраты могут еще больше вырасти, что, соответственно, потребует новых источников для их покрытия. Одним из решений может быть секвестр бюджета в части дальнейшего сокращения затрат, а также непопулярные среди бизнеса шаги — повышение отдельных налогов и сборов», — говорит Забловский.

Как уже закручивают гайки

Отметим, что первые сигналы по поводу снижения зарплат бюджетникам стали поступать еще задолго до откровений Марченко. Еще в марте работники госструктур рассказывали нам, что зарплаты начали резать, в частности, убирать премии и отдельные доплаты. А так как в структуре чиновничьих зарплат последние составляют довольно увесистую часть, сумма на руки получилась на 30-40% ниже ожидаемой. Позже на урезание зарплат стали жаловаться и учителя.

Плюс было принято решение о запрете работать из-за границы, из-за чего определенная часть госслужащих уже уволилась. По данным главы Национального агентства госслужбы Наталии Алюшиной, из-за войны уволились почти 6 тысяч госслужащих.

Что касается налогов, то в начале войны власти пошли на существенное смягчение условий для бизнеса. В частности, было принято решение о возможности перехода на налоговую систему с уплатой 2% от оборота (что фактически позволяло всему бизнесу работать по схеме ФОПов), остановке проверок, отмене налогов на импорт, отсрочке по налогам на зарплаты для ряда плательщиков и т.д.

Но в последнее время наблюдается обратная риторика. В частности, появилось несколько скандальных законопроектов о существенном закручивании налоговых гаек и возврате проверок. Хотя пока относительно них приняли самый мягкий вариант. 12 мая парламент утвердил законопроект №7360, который возвращает налоговые обязательства для тех плательщиков, у которых есть возможность их выполнять, снова запускает камеральные и документальные проверки налоговой отчетности, а также возобновляет возмещение НДС.

Глава профильного комитета ВР Даниил Гетманцев в своих интервью открыто заявлял, что, если бизнес не пострадал от войны, то с него «спросят».

«Любая страна во время войны должна в первую и во вторую очередь рассчитывать на собственные ресурсы. Собственные ресурсы – это экономика и налоги, которые она генерирует. Для вывода экономики из оцепенения первых недель войны нами были предприняты беспрецедентные не только для Украины, но и для любой страны мира в аналогичных условиях, шаги.

Малый бизнес был освобожден от налогообложения полностью, введен 2% налог (вместо НДС и НнП) для всех остальных, освобождены от налогообложения бензин и дизель, на время (это очень важно!) отменены импортные налоги, отменены налоги на недвижимость и землю в воюющих областях. Были остановлены штрафы и прекращены все проверки. Организована беспрецедентная в масштабах программа эвакуации предприятий из зоны боевых действий и значительно расширен госзаказ для отечественного производителя. Запущена программа нулевого кредитования под портфельные гарантии. На прошлой неделе мы приняли решение о возобновлении возмещения НДС. Да, деньгами, а не ОВГЗ или векселями, да, всем, а не только экспортёрам, несмотря на войну и состояние бюджета и да, с возобновлением камеральных (невыездные проверки отчетности) проверок (а как без них?), которые вызвали такой ажиотаж и негодование «экспертов».

Это позволило вернуть экономику к жизни, возобновить работу предприятий, вернуть людей на рабочие места. Большинство предприятий несмотря на сложные условия, которые касались всей страны, получая доход и прибыль, продолжают платить налоги в полном объеме, понимая и разделяя общее дело, общую борьбу, общую цель. Но такую позицию занимают далеко не все. Из тех областей страны, которые ни минуты не находились под оккупацией, не подали декларации на прибыль за 2021 год 35 тысяч предприятий. Почему? Почему с полученной в 2021 году прибыли согласно поданным ими же декларациям налог не уплатили на сумму 6,1 млрд гривен? Почему за февраль в мирных областях подали декларации по НДС только 55% плательщиков, а за март — 50%? А из задекларированных обязательств не уплачено 3,6 млрд? Я правильно понимаю, что налоги не дали возможности уплатить русские и Путин лично? Скажите, если получить прибыль и не заплатить с нее налог своей стране, защищающей твой бизнес в войну и изнывающей от нехватки денег, оружия, боеприпасов, топлива, техники и снова денег — это не мародёрство, то что это? Государство не имеет права спросить у них – ПОЧЕМУ?» — написал Гетманцев.

Но бизнес не согласен с тем, что «с него спросят» и повысят ему налоги. Вчера появилось письмо к Зеленскому от предпринимателей, в котором они описывают катастрофическую ситуацию в стране. Одна из причин — «экономическая неволя».

«Вас пытаются убедить в необходимости повышать налоги или увеличивать долю государства в экономике, чтобы усилить обороноспособность или заботу о гражданах. Но это или сознательный обман, или роковая ошибка», — пишут представители бизнеса.

Они требуют системного (а не временного) снижения налогов, дерегуляции, быстрой приватизации, уменьшения госаппарата, утверждая, что именно эти шаги ускорят экономический рост. И просят убрать Гетманцева от решения налоговых вопросов.

«Недавние заявления господина Гетманцева по поводу повышения налогов уже привели к тому, что много предпринимателей отказались от инвестиционных проектов в Украине и переносят их в европейские страны», — говорится в письме.

Под ним подписались представители CEO Club Ukraine, Союза украинских предпринимателей, других отраслевых объединений, владельцы и руководители компаний «Новая почта», «Биосфера», «Днепрохим», MTI, «Виннер автомотив» и др. (список подписантов довольно большой и продолжает пополняться).

То есть, как видно, и рядовые украинцы, и бизнес уже на взводе. А тот факт, что глава Минфина открыто говорит, что будет еще хуже, получается, лишь подтверждает страхи и опасения в украинском обществе.

Зачем Марченко всех пугает

«Министр финансов вообще не должен был такого говорить — о колоссальном росте налогов и резком сокращении расходов. Это дает негативные сигналы как предпринимателям, так и рядовым гражданам. Кто из бизнеса будет сейчас думать об инвестициях, если по сути сказали готовиться к росту налогов? То же самое с людьми. У нас беженцев в Европу около 6 миллионов, но многие подумывают возвращаться. Станут ли они это делать, услышав о сокращении зарплат и социалки? Если заявлено, что будут сокращать бюджетные расходы, то несложно догадаться, о чем речь: медицина, образование, пенсии, пособия, субсидии. Ведь не оборону же будут сокращать. Какой мэсседж министр дает населению, особенно той части, что планирует вернуться на родину?» — говорит Алексей Кущ.

В то же время Олег Пендзин считает, что Марченко просто решил всех попугать, а на самом деле до худшего сценария дело не дойдет.

«Кому Марченко озвучил страшилки? The Economist. То есть мэсседжи были рассчитаны на западную аудиторию. С учетом того, что в США решается вопрос о помощи Украине, думаю, цель заявления главы Минфина — дать понять, что, если помощи не будет, наша страна может и обанкротиться за три месяца. Думаю, в реальности никто не собирается закручивать налоговые гайки и срезать пенсии. Власти прекрасно понимают, как это может ударить по экономике и людям», — считает Пендзин.

При этом он добавил, что «может и ошибаться в своих выводах».

Другие эксперты считают, что, если Марченко и сгустил краски, то не сильно. И, если сохранится или ухудшится текущая ситуация с бюджетом, то у властей просто не будет другого выхода, кроме как урезать расходную часть и искать способы пополнить казну. А учитывая, что «лишние» деньги всегда ищут у бизнеса (или от приватизации, но этот источник сейчас закрыт), несложно догадаться, что тема налогов рано или поздно всплывет.

Поможет ли Запад?

Отметим, что приведенное выше мнение, что заявления Марченко — это «страшилки» для стран Запада, чтоб те поторопились с помощью имеет право на существование.

Сейчас Украина ведет переговоры со странами Запада о предоставлении финансовой помощи для покрытия дефицита бюджета (не путать со средствами по ленд-лизу, которые идут только на закупку оружия, а не на финансирование текущих расходов украинского бюджета).

Вчера об этом говорил с директором МВФ Владимир Зеленский. 

«Говорил с директором МВФ Кристалиной Георгиевой о том, как ускорить предоставление помощи, которая покроет дефицит бюджета. Это около 5 млрд долларов ежемесячно. Накануне встречи министров финансов G7 эти переговоры с директором МВФ — подготовка важных решений для Украины», — заявил президент в своем вечернем обращении.

О том, что страны Запада готовят пакет помощи Украине на ближайшие два месяца и решение об этом будет принято в ближайшие дни заявил вчера и глава дипломатии ЕС Боррель.

То есть, все идет к тому, что какую-то сумму на покрытие дефицита покроет Запад — через кредиты или финансовую помощь.

Вопрос в том, о какой сумме идет речь и будет ли она достаточна?

Пока деталей нет.

Если Запад выделит средства, но их все равно не хватит на финансирование расходов бюджета в прежних объемах, то останется два варианта. 

Первый — действительно снижать расходы и увеличивать налоги, как и говорит Марченко.

Второй — понизить курс гривны к доллару, чтобы при конвертации западной помощи получалось больше гривны и за счет этого закрыть «дыры в бюджете». Слухи о том, что власти готовят девальвацию уже пошли по рынку. Да и сам глава НБУ Кирилл Шевченко не исключил перехода к «плавающему курсу».

Возможно, впрочем, что власти применят по итогу оба варианта — и расходы бюджета урежут, и курс гривны опустят. А возможно и некоторые налоги повысят.

Чего ждать с налогами и зарплатами

Как именно могут повысить налоги, если будет принято такое решение? В интервью The Economist Марченко особых подробностей не раскрыл, отметив лишь, что речь может идти о «колоссальном» повышении.

В бизнес-среде ожидают, что могут убрать отсрочку по налогам на зарплатный фонд (ЕСВ).

«По налогам на зарплаты дали отсрочку на время военного положения плюс три месяца после его отмены. Но понятно, что если война затянется, там появятся огромные долги, которые потом в один момент отдать будет сложно. Не исключено, что в случае продолжения военного положения (а оно, скорее всего, будет) льготы по налогам могут пересмотреть», — говорит глава адвокатского объединения «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Также эксперты считают, что могут пересмотреть налоговую базу по части акцизов, таможенных платежей и др. В частности, в нашумевшем проекте об изменениях в налоговый кодекс предлагалось вернуть налоги на топливо и иномарки. Не исключено, что этот список расширят.

Но каким будет эффект? Как говорит Андрей Шевчишин, в первые месяц-два после повышения налогов поступления в бюджет действительно могут вырасти, но затем начнется большой спад, так как часть бизнеса уйдет в тень, а часть закроется.

«Власти должны определиться. Или они переводят страну полностью на военные рельсы и плановую военную экономику, что значит госзаказы для предприятий и карточную систему для населения, или оставляют модель рыночной экономики. Но в последнем случае налоги нужно не повышать, а снижать, так как только так есть шансы привлечь хоть какие-то инвестиции в страну», — говорит Шевчишин.

Что касается зарплат и пенсий, то тут, по мнению Кравца, могут порезать vip-пенсии, например, бывшим судьям.

«Тысяча судей у нас с пенсиями в 200 тысяч в месяц. Может, снижение этих сумм и не принесет большой бюджетной экономии, но как говорится, копейка к копеечке. То же самое касается зарплат топ-менеджеров госкомпаний, набсоветов и др», — отметил Кравец.

По мнению Олега Пендзина, один из источников бюджетной экономии на зарплатах — отказ индексировать их на процент инфляции.

«Индексация идет ежегодно. В этом году инфляция ожидается в 20% или даже больше. Отказ от перерасчета позволит сократить расходы на зарплатный фонд. Так же, как и урезание премий и доплат. Но тут палка о двух концах, так как налоги с зарплат (в частности, НДФЛ) — это поступления в местные бюджеты, и они, получается, тоже сократятся. Пенсии рядовым пенсионерам, скорее всего, резать не будут. Что касается их индексации, то она зависит от поступлений в Пенсионный фонд. В любом случае вопрос по пенсионным индексациям будет решаться не в этом году (индексации по закону проводятся в марте — Ред.)», — говорит Пендзин.

В целом, как считает Алексей Кущ, сокращение бюджетных расходов и повышение налогов могут попросту добить экономику.

«Нужно действовать ровно наоборот — снижать налоги и повышать госрасходы. Потому что в случае, когда бизнес сокращает инвестиции из-за войны, а люди меньше тратят, источником новых денег в стране может быть только государство», — резюмировал эксперт.

Будет ли национализация бизнеса

Сергей Марченко вскользь упомянул также о национализации, на которую могут пойти власти, спасая экономику, если война затянется.

О какой именно национализации идет речь, неясно. Как предположил Андрей Забловский, могут иметься в виду активы, связанные с российскими собственниками или близкими к ним украинскими бизнесменами. Также под национализацию могут пойти активы подсанкционных украинцев и олигархов.

«Забирать есть что», — говорит Пендзин.

Отметим, тема национализации уже поднималась в привязке к сетям АЗС. Мол, если бизнес не хочет снижать цены по-хорошему, нужно попросту забрать все заправки в госсобственность. Такую идею озвучивали некоторые экономисты.

По мнению Алексея Куща, национализация в условиях войны имеет смысл в стратегических отраслях (энергетике, добыче и др.), «если бизнес не понимает, что война не время для заработка».

При этом речь может идти не о национализации (она предусматривает выплаты компенсаций собственникам), а о введении временных администраций до конца войны.

«Законодательно отъем активов оформить несложно — это может быть указ президента или отдельный закон. Другой вопрос — как и кто этим всем имуществом будет управлять. Как показывает практика, эффективность работы госпредприятий у нас, мягко говоря, невысокая. Есть и другой важный нюанс: не получится ли так, что активы отберут у одних, и отдадут другим? В любом случае заявления о национализации не лучшим образом влияют на настроения инвесторов», — говорит Кравец.

СТРАНА

Хотите быть в курсе важнейших событий? Подписывайтесь на АНТИРЕЙД в соцсетях.
Выбирайте, что вам удобнее:
- Телеграм t.me/antiraid
- Фейсбук facebook.com/antiraid
- Твиттер twitter.com/antiraid

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.