ЕСПЧ присудил 20 тыс. евро заключенному, пострадавшему при попытке побега других лиц

Суд выявил материальные и процессуальные нарушения ст. 3 Конвенции при перевозке заявителя в переполненном автозаке, где его ранили в перестрелке между полицейскими и задержанными, затеявшими побег.

В комментарии «АГ» юрист Оксана Преображенская, представлявшая интересы заявителя в Европейском Суде, отметила, что тот указал, что инцидент с побегом заключенных, в результате которого заявитель получил травму и остался инвалидом, произошел преимущественно из-за несоблюдения конвоирами правил перевозки.

15 января ЕСПЧ вынес Постановление по делу «Ильгиз Халиков против России», заявитель по которому жаловался на нарушение ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод вследствие огнестрельного ранения, полученного им во время перевозки из отделения полиции в следственный изолятор из-за попытки побега других заключенных.

Обстоятельства дела

7 ноября 2013 г. сотрудники полиции перевозили из отделения полиции в следственный изолятор девять задержанных, включая Ильгиза Халикова. Для этого использовался автозак «Газель», предназначенный для перевозки семи человек, однако ответственный за выполнение данного задания полицейский распорядился об одновременном перемещении всей группы задержанных в целях экономии бензина.

В автозаке также ехали четыре полицейских: двое находились в передней части машины, а остальные конвоиры – в задней части рядом с задержанными. При этом пятеро задержанных были размещены в общей камере автозака, а трое других находились в одиночных камерах. Поскольку Ильгиз Халиков был бывшим сотрудником правоохранительных органов, по правилам его следовало перевозить отдельно от других задержанных, но так как все одиночные камеры были заняты, ему позволили сидеть в задней части автозака рядом с двумя полицейскими.

На полпути к месту назначения трое задержанных выбили дверь общей камеры и напали на конвоиров. В ходе их борьбы завязалась перестрелка, так как один из заключенных завладел пистолетом конвоира. Попытка побега была прекращена после того, как другой полицейский застрелил одного из нападавших.

В ходе перестрелки Ильгиз Халиков был ранен в левую ногу рикошетом пули. Гражданина доставили в военный госпиталь, где ему наложили гипс. На следующий день его выписали из госпиталя и перевели в тюремную больницу.

Российские правоохранительные органы отказались возбуждать уголовное дело

В декабре 2013 г. пострадавший направил жалобу в прокуратуру, в которой указал, что его огнестрельное ранение произошло из-за халатности сотрудников конвоя, нарушивших правила перевозки подозреваемых и обвиняемых лиц.

В начале 2014 г. следователь Башкирского СУ СК РФ отказал в возбуждении уголовного дела, так как не обнаружил никаких нарушений. Следователь сослался на то, что непомещение заявителя в отдельную камеру при его конвоировании было продиктовано дефицитом бюджета и необходимостью экономии средств, выделенных на покупку бензина. Впоследствии прокуратура Кировского района г. Уфы отклонила жалобу на постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела. Попытки обжалования в судебном порядке также не увенчались успехом ни в Кировском районном суде г. Уфы, ни в Верховном Суде Республики Башкортостан.

В конце декабря того же года Орджоникидзевский районный суд г. Уфы приговорил двух нападавших на конвоиров к пяти годам лишения свободы за попытку побега. В рамках уголовного дела три полицейских были признаны потерпевшими, а Ильгиз Халиков проходил по делу как свидетель.

В сентябре 2015 г. региональное СУ СК РФ инициировало дополнительное расследование по заявлению Ильгиза Халикова на предмет причинения ему тяжкого вреда здоровью из-за халатности полицейских. По его результатам следствие в очередной раз отказалось возбуждать уголовное дело, ссылаясь на невозможность установить происхождение выстрела из оружия, которое могло находиться в период перестрелки не только у полицейского, но и в руках задержанного. Также орган следствия сослался на ст. 41 УК РФ, согласно которой не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам при обоснованном риске для достижения общественно полезной цели в виде предотвращения попытки побега.

В феврале следующего года заместитель руководителя Башкирского СУ СК РФ оставил в силе постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела. Через три месяца заместитель прокурора Республики Башкортостан в порядке надзора отменил постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и распорядился провести судебную медицинскую экспертизу огнестрельного ранения заявителя. Однако следователь Главного следственного управления Уфы вновь отказал в возбуждении уголовного дела за отсутствием соответствующей медицинской документации, которую не предоставило пенитенциарное учреждение, в котором отбывал наказание заявитель.

Доводы сторон в ЕСПЧ

В жалобе в Европейский Суд Ильгиз Халиков ссылался на нарушение ст. 3 Конвенции, утверждая о том, что его ранение произошло в результате халатности конвоиров. Он также жаловался на отсутствие эффективного расследования указанного инцидента. Гражданин потребовал присудить ему 1 млн евро в качестве компенсации материального и морального вреда, а также 2 млн руб. на покрытие судебных расходов по делу.

В возражениях на жалобу Правительство РФ утверждало, что заявитель не исчерпал внутренние средства правовой защиты, так как не воспользовался правом требовать возмещения вреда, причиненного его здоровью, путем подачи исков к нападавшим в рамках гражданского судопроизводства. Также государство-ответчик ссылалось на незначительное численное превышение количества перевозимых лиц в авзтозаке – всего на два человека. Кроме того, российская сторона отметила, что непонятно, к каким последствиям могла привести перевозка заявителя в общей камере с другими задержанными, а не рядом с сотрудниками полиции.

Российское правительство также ссылалось на незначительность ранения Ильгиза Халикова, а также на его случайный характер в силу предотвращения побега. По его мнению, правоохранительные органы провели должное расследование инцидента и обоснованно отказали в возбуждении уголовного дела. Ответственный за перевозку задержанных полицейский подвергся дисциплинарной ответственности за нарушение правил конвоирования, а сами нападавшие понесли уголовное наказание в виде лишения свободы за попытку побега.

В возражениях на доводы государства-ответчика Ильгиз Халиков отметил, что полицейские не поместили его в изолированную камеру внутри автозака согласно соответствующим требованиям. Он также утверждал, что ранение произошло из-за рикошета от выстрела, произведенного полицейским, а правоохранительные органы не стали возбуждать уголовное дело, не присвоили ему статус потерпевшего и не провели судмедэкспертизу в целях оценки тяжести ранения. Ильгиз Халиков также подчеркнул, что в результате инцидента он стал инвалидом, испытывает сильную боль и не может обходиться без костыля или трости.

Выводы ЕСПЧ

Европейский Суд напомнил, что совокупность ст. 1 и 3 Конвенции налагает на государство прямое обязательство по обеспечению защиты лиц, находящихся под его юрисдикцией, от бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, независимо от источника происхождения такого обращения: должностных или частных лиц. Такое обязательство включает в себя, в частности, защиту физической неприкосновенности и самочувствия задержанных лиц, находящихся под исключительным контролем государственных органов, а также принятие мер для предотвращения реальной и непосредственной угрозы жестокого обращения с гражданами, о котором госорганы знали или должны были знать. Кроме того, Суд отметил прямую обязанность государства по эффективному расследованию жалоб на жестокое обращение со стороны представителей власти или же частных лиц, находящихся под контролем государства.

При этом ЕСПЧ сослался на неудовлетворительную российскую практику по расследованию аналогичных случаев. Суд отметил, что в подобных ситуациях должны возбуждаться уголовные дела с расследованием всех достоверных сообщений о жестоком обращении, а доследственная проверка последних неэффективна в рамках ст. 3 Конвенции, поскольку она слишком ограничена областью применения, не позволяя выявить и наказать виновных лиц.

В этой связи Европейский Суд посчитал, что огнестрельное ранение является достаточным основанием для признания его в качестве бесчеловечного обращения в рамках ст. 3 Конвенции. Он также отметил, что российские власти не расследовали должным образом инцидент, а доследственная проверка, которая так и не завершилась возбуждением уголовного дела, имела существенные дефекты, не совместимые в Конвенцией. Так, не были проведены необходимые экспертизы, позволяющие установить, из какого оружия произошел выстрел; кто его произвел; следствие не получило запрашиваемые им медицинские документы от пенитенциарного учреждения.

Также Суд отметил случайный характер огнестрельного ранения заявителя. Кроме того, он пришел к выводу о том, что Ильгиз Халиков находился в незащищенной части автозака именно из-за халатности полицейских, решивших перевозить задержанных сверх предельной вместимости спецавтомобиля. По мнению ЕСПЧ, заявитель избежал бы ранения, если бы был помещен в отдельную камеру автозака, как того требовало соответствующее правило конвоирования бывших работников правоохранительных органов. Суд также отметил, что специальные правила перевозки задержанных были разработаны во избежание подобных случаев, однако в рассматриваемом деле полицейские проигнорировали их.

Таким образом, ЕСПЧ выявил нарушение ст. 3 Конвенции в процессуальном и материальном аспектах и присудил Ильгизу Халикову компенсацию морального вреда в размере 20 тыс. евро.

Мнение представителя заявителя в ЕСПЧ

Интересы Ильгиза Халикова в Европейском Суде представляла юрист Оксана Преображенская. В комментарии «АГ» она положительно оценила решение ЕСПЧ: «Я, безусловно, удовлетворена выводами Суда, который признал нарушение ст. 3 Конвенции в двух аспектах – материальном (именно на государстве в лице конвойных, а не на третьем лице лежит ответственность за ранение заявителя) и процессуальном (отсутствие эффективного расследования этого случая)». Как подчеркнула юрист, Европейский Суд указал, что инцидент с побегом заключенных, в результате которого заявитель получил травму и остался инвалидом, произошел преимущественно из-за несоблюдения конвоирами правил перевозки.

«Кроме того, Суд еще раз подчеркнул, что так называемая “доследственная проверка” имеет ряд недостатков в тех случаях, когда речь идет о жалобах на жестокое обращение», – отметила Оксана Преображенская. По ее мнению, расследование по жалобам (особенно на действия сотрудников полиции, тюрьмы, конвоя), ограниченное, как правило, «доследственной проверкой», имеет ряд дефектов, несовместимых с требованиями Конвенции. «А это значит, что при определенных своевременных действиях жертвы и ее представителя внутри страны практически каждая подобная жалоба потенциально может иметь хорошие перспективы в ЕСПЧ», – заключила юрист.

Зинаида Павлова

Хотите быть в курсе последних важных событий? Подписывайтесь на телеграмм-канал АНТИРЕЙД t.me/antiraid