ЕСПЧ присудил 300 тыс. евро Национал-большивикам, требовавшим отставки Владимира Путина

Европейский Суд признал ведение судебного процесса без перерывов и с невозможностью консультироваться с адвокатом нарушением права на справедливое судебное разбирательство.

Европейский Суд вынес постановление по делу «Ангиров и другие против России», в котором группа из 24 заявителей, членов Национал-большевистской партии, жаловалась на нарушение их прав на свободу выражения мнений и свободу собраний, предусмотренных ст. 10 и 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Кроме того, они жаловались на нарушение права на справедливое судебное разбирательство по п. 1, 3 ст. 6 Конвенции.

Как следует из материалов дела, в декабре 2004 г. заявители проникли в здание Администрации Президента РФ с плакатами «Путин, уйди» и потребовали встречи с Президентом РФ Владимиром Путиным, заместителем главы Администрации Президента и советником по экономическим вопросам. Затем они заперлись в офисе на первом этаже, где заблокировали дверь сейфом, разбрасывали из окна листовки, в которых указывали на нарушения Конституции, по их мнению, допущенные Президентом, скандировали лозунги с призывами о его отставке. Через полтора часа полиция сумела войти в занятое заявителями помещение и задержала их. На следующий день судом было вынесено постановление о заключении заявителей под стражу. В феврале 2005 г. им было предъявлено обвинение в участии в массовых беспорядках по ст. 212 УК РФ. Кроме того, они обвинялись в повреждении офисного оборудования, мебели, стен и потолка.

Судебное разбирательство началось 8 июля 2005 г. и продолжалось в течение 5 месяцев, при этом заседания проходили по 10–15 дней в месяц с утра до позднего вечера. В зале суда обвиняемые содержались в четырех металлических клетках, причем между клетками и местами адвокатов находились охранники. Одновременно подходить к подсудимым разрешалось только двум адвокатам, при этом их переговоры с подзащитными были слышны охране.

Просьбы обвиняемых предоставить возможность для конфиденциальных консультаций с защитниками судом были отклонены. Во время судебного разбирательства один из защитников задал вопросы свидетелям об именах и должностях лиц, отдававших приказы во время проведения задержания, числе лиц, участвовавших в задержании, содержании приказов, полученных ими. Свидетели отказались отвечать, мотивировав это тем, что данные сведения являются государственной тайной. Ходатайство адвоката к суду принять меры для того, чтобы свидетели отвечали на вопросы, было отклонено.

В декабре 2005 г. заявители были признаны виновными в участии в массовых беспорядках. С учетом того, что до вынесения приговора они добровольно возместили ущерб, нанесенный имуществу офиса здания Администрации Президента РФ, суд приговорил их к срокам лишения свободы от полутора до трех лет. Апелляция оставила приговор без изменений, после чего была подана жалоба в ЕСПЧ.

Правительство РФ в отзыве на жалобу утверждало, что заявители осуществили насильственный и несанкционированный вход в помещение Администрации Президента, провели там несанкционированное собрание, предъявили незаконные требования об отставке главы государства, мешали нормальному функционированию Администрации Президента и уничтожили государственную собственность. Их протест не носил мирный характер и являлся уголовно наказуемым деянием, и они на законных основаниях были привлечены к ответственности. Задержание и осуждение заявителей преследовали законную цель расследования уголовных преступлений и наказания виновных и были необходимы в демократическом обществе.

Европейский Суд отметил, что в ранее рассмотренной жалобе одной из заявительниц по данному делу уже установил, что содержание ее под стражей до судебного разбирательства являлось вмешательством в ее права, гарантированные ст. 10 и 11 Конвенции, и данное вмешательство не является необходимым в демократическом обществе. Суд пришел к выводу, что действия полиции по задержанию демонстрантов и их удалению из помещения Администрации Президента могут считаться оправданными целями защиты общественного порядка, однако с учетом продолжительности содержания под стражей до суда и исключительной серьезности наказания досудебное содержание под стражей и назначенное наказание не были соразмерны преследуемой законной цели.

Указано, что  ЕСПЧ не нашел оснований прийти к другому выводу и по данному делу. Европейский Суд указал, что ни один из заявителей не был обвинен в применении насилия или угрозе его применения. Кроме того, национальные суды не установили факта личного участия кого-либо из заявителей в повреждении государственного имущества. ЕСПЧ также отметил, что до окончания судебного разбирательства обвиняемые возместили весь материальный ущерб, вызванный их протестными действиями. Таким образом, Суд признал, что имело место нарушение свободы выражения мнения (ст. 10 Конвенции) в контексте нарушения свободы собраний (ст. 11 Конвенции).

Относительно жалобы заявителей на нарушение их права на справедливое судебное разбирательство Правительство России утверждало, что обвинения против всех подсудимых были сформулированы одинаково, при этом роль и индивидуальность каждого из них были учтены в приговорах. График судебных слушаний, по мнению российских властей, не был чрезмерно интенсивным – имелись свободные дни, когда заявители могли отдохнуть, встретиться с защитниками и подготовить свою защиту. Свидетели были проинформированы об ответственности за уклонение от дачи показаний.

Европейский Суд, ссылаясь на прецедентную практику, указал, что право обвиняемого на общение со своим адвокатом без риска быть подслушанным третьей стороной является одним из основных требований справедливого судебного разбирательства в демократическом обществе. В связи с этим Суд отметил, что используемые в зале суда меры безопасности не позволяли заявителям иметь конфиденциальные контакты со своим адвокатом. При этом использование таких мер не было обосновано никакими конкретными угрозами безопасности или особенностями судебного разбирательства. На основании изложенного Суд признал нарушение п. 1, 3 ст. 6 Конвенции.

По итогам разбирательства ЕСПЧ присудил каждому из 24 заявителей компенсацию морального вреда в размере 12,5 тыс. евро. Кроме того, Европейский Суд указал на необходимость пересмотра дел заявителей в соответствии со ст. 413 УПК РФ.

Комментируя постановление, эксперт по работе с ЕСПЧ Антон Рыжов напомнил, что 4 года назад Европейский Суд вынес постановление по делу одной из участниц ненасильственного захвата нацболами приемной Администрации Президента, упоминаемому в данном постановлении: «В вынесенном 4 года назад решенииЕвропейский Суд подробно обосновал нарушение Россией баланса между свободой выражения мнения и охраной общественного порядка».

Как отметил Антон Рыжов, это позволило европейским судьям в этот раз принять постановление в упрощенном порядке и усеченным составом. Он также обратил внимание на впечатляющий размер компенсации, присужденной ЕСПЧ 24 заявителям, – 22,5 млн руб. «Возможно, этот штраф в очередной раз заставит власти задуматься о пересмотре своего, скромно говоря, негибкого подхода по отношению к мирным собраниям и акциям граждан», – заключил Антон Рыжов. 

Директор КА «Презумпция» Филипп Шишов положительно оценил внимание, которое Европейский Суд уделил проблеме непрерывного ведения процесса судьей, лишающего обвиняемых возможности подготовиться к собственной защите. Он отметил, что аналогичное ведение процесса в российской практике осуществляется повсеместно, например в деле Pussy Riot и во многих других. По словам эксперта, данное нарушение Суд расценил двояко: как нарушение права на справедливое судебное разбирательство и нарушение права на защиту от пыток, к которым приравнивается непрерывное нахождение на судебных заседаниях, которых было 44, без перерыва на нормальный сон, еду и отдых.

Как отметил Филипп Шишов, получая решения подобного рода, Россия вынуждена вносить изменения в регламенты и режимы судебных заседаний, включая туда организацию места и порядка свидания адвокатов с подзащитными с соблюдением режима конфиденциальности, в том числе в здании суда. Он напомнил, что именно позиция ЕСПЧ часто меняет судебную систему, даже в деталях. Так, ранее одно из постановлений по делу Воронцов и другие против России, приравнявшее к пыткам унизительное содержание обвиняемых в металлических клетках во время судебных заседаний, привело к тому, что в российских судах вместо клеток стали устанавливать так называемые «аквариумы» – изолированные помещения с бронированными стеклами.

По мнению Филиппа Шишова, рассматриваемое постановление ЕСПЧ раскрыло ряд важных проблемных моментов: право адвоката на общение с подзащитным, право на защиту от пыток, право на свободу самовыражения и свободу собраний, а также соразмерность наказания совершенному преступлению. Он назвал его типичным с той точки зрения, что суд подробно рассмотрел доводы заявителя и защиты и по каждому доводу вынес суждение с оценкой фундаментальных прав. «Это решение можно поставить в ряд таких дел, как “Ходорковский и Лебедев против России”, на которые можно ссылаться. Фактически оно является прецедентом для системы российского правосудия», – считает Филипп Шишов.

Светлана Рогоцкая