ЕСПЧ присудил почти 48,5 тыс. евро избитым после «Марша несогласных» в 2007 году

Несмотря на то что инцидент произошел уже по окончании митинга, Суд в том числе признал нарушение права на свободу собраний.

Юрист правозащитной организации, представлявшей заявителей в Европейском Суде, в комментарии «АГ» поддержала позицию ЕСПЧ о том, что нарушением права на свободу собраний могут быть не только действия властей по запрету митингов, но и действия, направленные на наказание участников мероприятия уже после его завершения.

16 июня Европейский Суд вынес постановление по делу «Казанцев и другие против России» по жалобе троих россиян, пострадавших при разгоне митинга в 2007 г.

Двое заявителей получили серьезные травмы во время разгона митинга

15 апреля 2007 г. Александр и Наталия Казанцевы и Ольга Цепилова приняли участие в «Марше несогласных», который проходил в Санкт-Петербурге. После окончания митинга сотрудники правоохранительных органов стали избивать людей без разбора. В результате Александр Казанцев получил, в частности, закрытую черепно-мозговую травму, сотрясения мозга и перелом ребер. Из-за удара в лицо резиновой дубинкой Ольга Цепилова получила закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение мозга и закрытый перелом лицевых костей. Полученные гражданами телесные повреждения были зафиксированы медиками.

21 июня 2007 г. было возбуждено уголовное дело, в августе Ольгу Цепилову признали потерпевшей, а Александра и Наталию Казанцевых – в ноябре. По словам Ольги Цепиловой, на напавшем на нее милиционере был шлем, а на форме отсутствовали опознавательные знаки. Александр Казанцев передал следователю газетные фотографии предполагаемого нападавшего на него бойца ОМОНа, на шлеме которого был виден номер. В дальнейшем следствие получило ответ от милиции, что в разгоне митинга не использовался шлем с таким номером.

Уголовное расследование по делу приостанавливалось семь раз за невозможностью установить виновных лиц. В связи с этим Александр Казанцев обратился в Октябрьский районный суд г. Санкт-Петербурга, который признал законным решение об очередном приостановлении расследования. Тогда суд отметил, что потерпевшие и свидетели не могли опознать нападавших из-за того, что последние были одеты в шлемы и форму без опознавательных знаков. При этом суд указал, что некоторые милиционеры, участвовавшие в разгоне митинга, были допрошены следователем, но такие меры не помогли выявить виновных лиц. Расследование уголовного дела так и не было завершено.

Доводы сторон в ЕСПЧ

В жалобе в Европейский Суд заявители указали на то, что они подверглись жестокому обращению со стороны сотрудников ОМОНа во время разгона митинга, а российские власти не провели эффективного расследования такого инцидента. Александр Казанцев и Ольга Цепилова утверждали, что нанесенные им сотрудниками милиции травмы представляют собой бесчеловечное обращение. Они также отметили, что расследование инцидента не было эффективным, ему не хватило должной оперативности и тщательности.

Граждане добавили, что власти РФ не предприняли необходимых мер для выяснения подразделения и имен милиционеров, отвечавших за разгон митинга. Они также утверждали о несоблюдении их процессуальных прав в ходе расследования. По мнению заявителей, милиционеры при разгоне митингующих действовали излишне жестоко.

Таким образом, заявители сослались на нарушение ст. 3 (Запрещение пыток) в материальном и процессуальном аспекте, ст. 11 (Свобода собраний и объединений), а также ст. 13 (Право на эффективное средство правовой защиты) Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В связи с этим заявители потребовали присуждения им компенсации морального вреда в размере на усмотрение ЕСПЧ. При этом супруги Казанцевы потребовали возместить им материальный ущерб, подтвержденный медицинской документацией, на сумму в 127 тыс. руб. Также они просили возместить судебные расходы в размере 4020 евро и 310 фунтов стерлингов.

В своих возражениях Правительство РФ сообщило, что после митинга 15 апреля 2007 г. группа протестующих из 60 представителей Национал-большевистской партии (запрещена на территории РФ) попыталась провести несанкционированный марш и вела себя неподобающим образом: выкрикивала провокационные лозунги и швыряла бутылки в милиционеров, поэтому последние применили силу в отношении правонарушителей в целях восстановления общественного порядка.

Тем не менее государство-ответчик признало факт нанесения травм двум заявителям 15 апреля 2007 г., однако настаивало на эффективности расследования этого происшествия. Российская сторона указала на наличие объективного препятствия для идентификации преступников в связи с отсутствием каких-либо опознавательных знаков на форме нападавших. Власти также сочли, что, поскольку окончательное решение суда по уголовному делу так и не было принято, заявители не могли утверждать об отсутствии эффективных средств правовой защиты.

В своих контрдоводах заявители отметили, что они не были в рядах агрессивно настроенных граждан, а подверглись нападению со стороны милиционеров, когда шли в метро.

Выводы ЕСПЧ

После изучения материалов дела Европейский Суд отметил, что стороны не оспаривали тот факт, что двое заявителей были избиты неустановленными сотрудниками милиции в день митинга. При этом полученные телесные травмы были достаточно серьезными, чтобы достичь «минимального уровня тяжести», требуемого в соответствии со ст. 3 Конвенции. ЕСПЧ также учел довод российских властей о том, что 15 апреля 2007 г. некоторые милиционеры превысили свои полномочия и нанесли телесные повреждения ряду протестующих.

Таким образом, Страсбургский суд счел, что насильственные действия правоохранителей в отношении Александра Казанцева и Ольги Цепиловой представляли собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение. «Человек не перестает пользоваться правом на мирные собрания в результате спорадического насилия или других наказуемых действий, совершенных другими лицами в ходе публичного мероприятия, если вышеуказанный гражданин остается мирным в своих собственных намерениях или поведении», – отмечено в постановлении.

Как пояснил Суд, хотя полученные двумя заявителями травмы были подтверждены соответствующей медицинской документацией, российские власти возбудили уголовное дело лишь через два месяца после инцидента, а статус потерпевших был присвоен пострадавшим еще спустя несколько месяцев. ЕСПЧ так и не получил от государства-ответчика какие-либо правдоподобные причины такой задержки.

По итогам уголовного расследования, которое длилось более четырех лет, национальным властям не удалось установить сотрудников милиции, ответственных за жестокое обращение. В качестве «объективного препятствия» для такой идентификации власти сослались на тот факт, что соответствующие милиционеры носили шлемы и не имели опознавательных знаков на своей форме. ЕСПЧ признал, что такое обстоятельство усложнило установление личности преступников, но отметил, что у одного из потерпевших и свидетеля имелись фотографии предполагаемых преступников. Как пояснил Суд, органы следствия не предприняли эффективных мер для установления личности сотрудников милиции, ответственных за нападение. Кроме того, потерпевшие и не информировались о ходе следствия. Соответственно, качество расследования по уголовному делу двух заявителей не соответствовало требованиям Конвенции. Страсбургский суд добавил, что поведение заявителей носило мирный характер и они не были в рядах лиц, которые, по мнению государства-ответчика, нарушали общественный порядок, поэтому вмешательство милиции в права заявителей на мирное собрание было незаконным.

Таким образом, Европейский Суд выявил нарушение ст. 3 Конвенции в ее материальном и процессуальном аспектах в отношении Александра Казанцева и Ольги Цепиловой, а также ст. 11 в отношении каждого из заявителей. В связи с этим ЕСПЧ присудил в качестве компенсации морального вреда Александру Казанцеву и Ольге Цепиловой по 19,5 тыс. евро, Наталии Казанцевой – 4 тыс. евро. Суд также распорядился возместить материальный ущерб Александру Казанцеву в размере 3 020 евро, а его супруге – в размере 54 евро. Размер компенсируемых судебных расходов составил 2,5 тыс. евро.

Представитель заявителей прокомментировала выводы Суда

В Европейском Суде интересы заявителей представлял правозащитный центр «Мемориал», юрист которого Татьяна Черникова выразила полное согласие с выводами ЕСПЧ. «Заявители подверглись совершенно дикому и необоснованному избиению сотрудниками ОМОНа после окончания мирного согласованного митинга, когда они просто шли к метро по единственному оставленному сотрудниками маршруту. Люди получили серьезные травмы, которые подтверждаются медицинскими документами. Логично, что ЕСПЧ установил нарушение ст. 3 Конвенции о запрете пыток и бесчеловечного обращения», – отметила она.

По мнению юриста, не менее важно, что Страсбургский суд рассмотрел эту ситуацию с точки зрения ст. 11 Конвенции о праве на свободу собраний. «Хотя митинг к тому моменту уже закончился, Европейский Суд обоснованно напомнил, что нарушением права на свободу собраний могут быть не только действия властей по запрету митингов или необоснованные ограничения во время митингов, но и действия, направленные на наказание участников мирного мероприятия уже после его завершения. Такие действия могут оказать запугивающий эффект как на самих участников митинга, так и на других граждан, и таким образом привести к тому, что люди будут реже пользоваться своим правом на свободу собраний. ЕСПЧ также правильно напомнил, что насильственные действия отдельных граждан не могут приводить к лишению других людей права на свободу собраний», – отметила Татьяна Черникова.

Она добавила, что с точки зрения практики Суда эти выводы не являются новыми, однако важно регулярно напоминать о них, так как в России подобные нарушения, к сожалению, не являются редкостью. «Чем больше будет постановлений ЕСПЧ по делам о свободе собраний в России, тем больше, на мой взгляд, шансов, что власти обратят внимание на эту проблему, при условии, что общество и СМИ будут также уделять внимание этому вопросу», – подытожила юрист.

Эксперты «АГ» прокомментировали постановление ЕСПЧ

Юрист Николай Зборошенко отметил, что в этом деле Европейским Судом была в очередной раз рассмотрена проблема безнаказанного насилия со стороны представителей правоохранительных органов в отношении участников мирных собраний. «В силу системного, повторяющегося характера обозначенной проблемы Суд рассмотрел данное дело в составе даже не Палаты, а Комитета из трех судей», – пояснил он.

По словам эксперта, поскольку Правительство РФ не отрицало очевидное, признанное национальными судами применение к Александру Казанцеву и Ольге Цепиловой бесчеловечного и унижающего человеческое достоинство обращения именно со стороны неустановленных сотрудников милиции, ЕСПЧ признал нарушение ст. 3 Конвенции в ее материально-правовом аспекте. «Оценивая эффективность проведенного расследования, Суд применил подход, согласно которому расследование должно быть тщательным, то есть государственные органы должны предпринимать серьезные шаги для установления истины и не должны полагаться на поспешные или необоснованные выводы для прекращения расследования. Они должны предпринимать все доступные и уместные шаги для того, чтобы зафиксировать доказательства по делу, включая свидетельства очевидцев, медицинские заключения, осмотры места происшествия и т.д. Данный подход ранее был неоднократно применен Судом при оценке эффективности расследования фактов жестокого обращения в делах в отношении РФ, например в делах “Михеев против РФ” (§ 108), “Хадисов и Цечоев против РФ” (§ 114) и “Медов против РФ” (§ 119)», – отметил эксперт.

Николай Зборошенко добавил, что, приняв во внимание поверхностный характер расследования, в ходе которого следователь не предпринял существенных мер, направленных на установление личности нападавших, ЕСПЧ пришел к выводу о неэффективности расследования и, как следствие, о нарушении ст. 3 Конвенции в ее процессуальном аспекте. «Что касается вмешательства в право заявителей на участие в мирном собрании, то Европейский Суд, как и в деле “Фрумкин против РФ” (§ 99) в связи с событиями 6 мая 2012 г. на Болотной площади Москвы, указал на недопустимость лишения мирных участников собрания указанного права даже в случае отдельных эпизодов спонтанного насилия со стороны иных участников в целом мирного собрания. Данная правовая позиция Суда, очевидно, является применимой и к иным аналогичным случаям насильственного прекращения полицией мирных собраний, в частности к событиям лета 2019 г.», – резюмировал юрист.

Руководитель практики ФБК Legal Александра Герасимова указала на то, что рассматриваемое дело было рассмотрено Комитетом ЕСПЧ, поэтому, как следствие, речь идет о сложившемся прецедентном праве Европейского Суда. «Вместе с тем оно остается актуальным и показывает определенное направление, в рамках которого в дальнейшем могут рассматриваться жалобы, касающиеся в том числе массовых митингов 2019 г. Это касается и относимых статей Конвенции, и тех аспектов их применения, на которые Суд обращает внимание», – отметила эксперт.

По ее мнению, самой важной и интересной является часть постановления, связанная с оценкой процессуальных аспектов применения ст. 3 Конвенции, а именно отсутствие эффективного расследования. «Так, подтверждая факт нарушения Конвенции, Европейский Суд обратил внимание на “проволочки” с возбуждением уголовного дела, на длительный период и значительные усилия заявителей, которые предшествовали признанию их потерпевшими, бездействие в сборе доказательств (так, следствие отказалось приобщать фотографии, на которых заявители узнали бившего их ОМОНовца), отсутствие в материалах дела тех доказательств, на которые потом ссылались следствие и прокуратура, бездействие российских судов. В этой мотивировке изложена только малая часть тех реальных нарушений, с которыми потерпевшие сталкиваются на регулярной основе. И очень важно, что Суд подчеркивает это, указывает детали фактических обстоятельств дела. Обязанность уполномоченных органов предпринять серьезные попытки для того, чтобы установить обстоятельства случившегося, собрать и сохранить доказательства, установить виновных, является ключевой для обеспечения надлежащей процедуры. В российской системе, к сожалению, с этим были и остаются серьезные проблемы», – полагает Александра Герасимова.

Эксперт добавила, что более эффективными были бы рекомендации по изменениям в законодательстве, например связанным с порочной практикой затягивания предварительного расследования, необоснованных отказов в возбуждении уголовного дела и т.д. «Но даже в имеющемся виде каждое постановление ЕСПЧ по данной тематике имеет значение, и не только для жертв чудовищных разгонов митингов, которые мы наблюдаем на регулярной основе», – заключила она.

Хотите быть в курсе важнейших событий? Подписывайтесь на АНТИРЕЙД в соцсетях.
Выбирайте, что вам удобнее:
- Телеграм t.me/antiraid
- Фейсбук facebook.com/antiraid
- Твиттер twitter.com/antiraid

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *