ЕСПЧ присудил почти 75 тыс. евро бывшей чиновнице, не получившей полную субсидию на покупку жилья

Как пояснил Суд, в рассматриваемом деле сотрудница Роструда имела право на рассчитанную по специальной формуле субсидию, но уменьшение последней из-за понижающего коэффициента было необоснованным вмешательством государства в ее права.

По мнению одного из экспертов «АГ», решение ЕСПЧ может стать прецедентным и открыть окно для многих подобных дел из стран – участниц СЕ. Другие согласились с тем, что оно должно позитивно повлиять на практику выделения пособий на жилье для государственных служащих.

12 мая Европейский Суд вынес Постановление по делу «Нечаева против России» по жалобе бывшей российской чиновницы, получившей субсидию на приобретение жилья с применением понижающего коэффициента.

Субсидия на жилье была выделена с учетом понижающего коэффициента

С 2002 по 2015 г. москвичка Елена Нечаева работала в Федеральной службе по труду и занятости. Женщина, ее муж и четверо детей проживали в комнате коммунальной квартиры площадью в 66 кв. метров. В декабре 2010 г. начальник кадровой службы Роструда исполнил просьбу заявительницы по включению ее в список должностных лиц, имеющих право на получение единовременной субсидии для приобретения жилья.

Впоследствии Елена Нечаева попросила ведомственную комиссию помочь ей приобрести квартиру в связи с ее тяжелым жилищным положением. В 2013 г. ее включили с список из 13 человек, имеющих право на получение жилищной субсидии. Таким образом, на банковский счет Елены Нечаевой была переведена субсидия в размере 4,3 млн руб. c учетом понижающего коэффициента для приобретения ею московской квартиры площадью 26 кв. м.

В апреле 2014 г. заявительница обжаловала решение ведомственной комиссии о назначении ей субсидии под предлогом того, что она имеет право на жилье площадью в 108 кв. м и денежную выплату в размере 24 млн руб. По мнению женщины, комиссия Роструда превысила свои полномочия по применению понижающего коэффициента.

В июле Симоновский районный суд г. Москвы отказал в удовлетворении иска женщины, сочтя законным решение ведомственной комиссии. При этом суд отметил, что Елена Нечаева имела право на получение жилищной субсидии в размере 9,4 млн руб., но с учетом недостатка финансирования всех нуждающихся в жилье лиц комиссия Роструда обоснованно применила понижающий коэффициент. Решение устояло в апелляции Мосгорсуда, президиум которого затем отказался рассматривать кассационную жалобу Елены Нечаевой. В дальнейшем ВС РФ также не стал рассматривать ее жалобу.

Позиция сторон в ЕСПЧ и выводы Суда

В жалобе в Европейский Суд женщина указала на нарушение ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующей уважение права частной собственности, и ст. 6 Конвенции (право на справедливое судебное разбирательство). По мнению заявительницы, применение понижающего коэффициента при выделении жилищной субсидии было неправомерным в ее случае. В связи с этим она просила Суд присудить ей 5 млн руб. для возмещения материального ущерба и 10 тыс. евро в качестве компенсации морального вреда.

В своих возражениях Правительство РФ пояснило, что такая субсидия является дополнительной мерой социальной гарантии для госслужащих, она носит ограниченный характер, и наличие в списках на ее получение не обязывает соответствующее ведомство в предоставлении этой поддержки. Государство-ответчик сослалось на несостоятельность требований заявительницы по ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции, указав, что последние касались самого права на получение субсидии. Российская сторона также отметила, что заявительница сама отказалась от получения субсидии в полном объеме, а ее денежные притязания носят необоснованный характер.

В возражениях на правительственные доводы Елена Нечаева указала, что она имеет право на получение субсидии в размере 9,4 млн руб. и соответствующую обязанность национальных властей по выплате указанной суммы. Она также указала на то, что просила национальные власти выделить ей вышеуказанную сумму в рассрочку.

Оценивая приемлемость жалобы, Европейский Суд согласился с доводом российской стороны о том, что заявительница не может ссылаться на нарушение ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции, так как последняя защищает право текущей частной собственности, но отметил, что в рассматриваемом деле следует выяснить, имела ли женщина собственность, которая входит в предметное регулирование вышеуказанной статьи. Тем не менее ЕСПЧ подчеркнул необходимость оценки того, было ли требование заявительницы о социальной помощи достаточно обоснованным согласно российскому законодательству, и, оценив детали предоставления субсидии в рассматриваемом деле, признал ее жалобу допустимой.

Как пояснил Страсбургский суд, Елена Нечаева имела право на выплату субсидии, рассчитанной по специальной формуле, однако уменьшение суммы за счет понижающего коэффициента представляло необоснованное вмешательство в защищаемые Конвенцией права заявительницы. Таким образом, ЕСПЧ указал на отсутствие в рассматриваемом случае оснований для снижения размера социальной поддержки из-за применения понижающего коэффициента, что подтверждалось материалами дела российских судов. При этом Суд отклонил довод Правительства РФ об отказе заявительницы от получения субсидии в полном объеме как необоснованный.

В связи с этим Европейский Суд выявил нарушение ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции, присудив заявительнице 72 тыс. евро в качестве компенсации материального вреда, 1,6 тыс. евро компенсации морального вреда и 1,1 тыс. евро в возмещение судебных расходов.

Эксперты прокомментировали выводы Суда

Юрист по работе с ЕСПЧ Андрей Есин отметил, что первая часть правового анализа Суда посвящена вопросу приемлемости жалобы. «В данном случае стороны спорили, является ли право заявительницы на получение субсидии «собственностью» в терминологии ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции. Представитель РФ считал, что закон не создает для заявительницы в ее конкретной ситуации права на получение субсидии, тогда как она считала, что выполнила все условия для получения субсидии и может претендовать на ее получение. ЕСПЧ в очередной раз повторил, что Конвенция не содержит права требовать получения в собственность, в частности социальных выплат конкретного объема, а предоставляет государствам-участникам самим решать вопросы оказания социальной помощи и ее конкретных форм. Однако если уж государство закрепило возможность получения подобной помощи в законе, то такие положения влекут возникновение “имущественного интереса”, попадающего под сферу действия вышеуказанной нормы», – пояснил он.

Далее Суд, как отметил эксперт, повторил, что ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции хотя и применяется только к уже имеющемуся имуществу лица, не создавая права на получение какого-либо нового имущества, в некоторых случаях «законное ожидание» получения такого имущества также может подпадать под ее защиту. «Такое “законное ожидание” – это один из устоявшихся подходов ЕСПЧ, применяемый активнее всего как раз по делам о собственности, но также иногда применяемый в иных делах, например по ст. 6 (право на справедливое судебное разбирательство) и ст. 8 (право на частную и семейную жизнь) Конвенции. В контексте дела это означает, что если в законе с достаточной четкостью указано, что лицо имеет право на получение конкретной субсидии при выполнении определенных условий, то при их выполнении, с точки зрения ЕСПЧ, у лица возникает право требования этой субсидии и, следовательно, “собственность” в понимании ст. 1 Протокола № 1», – отметил Андрей Есин.

Юрист добавил, что постановление – это пример устоявшейся практики ЕСПЧ по спорам о собственности. «Суд применил привычные подходы к анализу нарушения права собственности, включая “трехступенчатый тест” (наличие права – наличие вмешательства – наличие достаточного оправдания вмешательства), и сослался на ряд типичных дел по ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции. Стоит отметить, что это дело было довольно очевидным и непроблемным для Суда благодаря тому, что Правительство РФ открыто признало отсутствие законных оснований для вмешательства в право собственности заявительницы (что бывает довольно редко), перенеся основной упор своей защиты на доказательство отсутствия такого права», – отметил он.

«Можно также отметить, что это решение может стать прецедентным и открыть окно для многих подобных дел из стран – участниц СЕ, ведь можно уверенно сказать, что подобные вмешательства государств в распределение бюджетных средств, особенно в эпоху пандемии и экономического кризиса, нередки», – подытожил Андрей Есин.

Адвокат Нижегородской областной коллегии адвокатов Александр Немов сообщил, что он несколько раз обращался с жалобами в ЕСПЧ вследствие нарушений со стороны государства в назначении или выплате социальных пособий. «Каждый раз жалобы признавали неприемлемыми. Скорее всего, это связано с принципиальной позицией Европейского Суда по поводу того, что он не вмешивается в процедурные вопросы назначения выплат. И в данном решении Суд подчеркнул, что государство само вправе устанавливать процедуру, критерии назначения социальных выплат и пособий, поэтому ЕСПЧ не вправе оценивать это», – отметил он.

Тем не менее, по словам эксперта, в рассматриваемом споре для положительного исхода по делу в отношении заявительницы на национальном уровне «постарались» и суды, и административные органы. «Уже на национальном уровне было установлено, что заявитель выполнил все условия и соответствовал всем критериям для получения выплаты в большем размере. ЕСПЧ проанализировал исключительно внутреннее законодательство РФ и определил, что не имеется ни одной нормы национального права, которая бы позволяла установить и применить уменьшающий коэффициент, даже если выделенных денег не хватает на всех получателей пособия. Исключительно произвольное «придумывание» не предусмотренного нормами права уменьшающего коэффициента явилось основанием для признания Судом нарушения положений Протокола № 1 к Конвенции. Компенсация в размере 72 тыс. евро – это устранение последствий нарушения права и восстановление положения заявителя. Решение ЕСПЧ должно позитивно повлиять на практику выделения пособий на жилье для государственных служащих», – заключил Александр Немов.

Адвокат АП г. Москвы Анна Минушкина отметила, что в рассматриваемом деле ЕСПЧ обоснованно сделал акцент на то, что при отсутствии в нормативном акте положений об уменьшении субсидии такое уменьшение не может быть признано законным. «Со своей стороны считаю вывод Суда логичным. В моей практике дела, в которых бы без законных оснований уменьшали размер субсидии, мне не встречались, именно по этой причине выводы Суда весьма интересны», – считает она.

Редакция «АГ» связалась с представителем заявительницы в ЕСПЧ – адвокатом Юлией Беседой, но получить ее комментарий оперативно не удалось.

Хотите быть в курсе важнейших событий? Подписывайтесь на АНТИРЕЙД в соцсетях.
Выбирайте, что вам удобнее:
- Телеграм t.me/antiraid
- Фейсбук facebook.com/antiraid
- Твиттер twitter.com/antiraid

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *