Первый объективный и комплексный взгляд на судебную реформу

Первый объективный и комплексный взгляд на судебную реформу

На фоне политических трансформаций, происходящих в настоящее время в Украине, на первый план вышли ряд серьезных системных проблем, сформировавшихся в послемайданный период и представляющих угрозу национальной безопасности государства. Одной из таких проблем является полуразрушенная за период с февраля 2014 г. по настоящее время судебная система Украины.

После недавно прошедших президентских и парламентских выборов появился шанс реанимировать судебную ветвь власти, однако это представляется возможным лишь при условии применения комплексного подхода, отвечающего, как минимум, трем основным требованиям:

— высокий профессионализм, политическая незаангажированность и объективность субъектов принятия решений о дальнейших преобразованиях в судебной системе, а также глубокое понимание этими субъектами происходящих внутри системы процессов;

—  истинная ориентированность вышеуказанных субъектов не на обеспечение краткосрочных конъюнктурных политических или финансовых интересов, а на достижение главной цели – преодоление негативных последствий так называемой судебной реформы, берущей начало фактически с февраля 2014г., построение независимой, эффективной, справедливой судебной системы государства;

— алгоритм принятия решений, направленных на достижение указанной цели, должен включать профессиональный анализ и оценку содержания и последствий процессов, происходивших в судебной системе последние пять лет, в том числе, на предмет соответствия Конституции Украины, интересам государства и общества, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, мировой практике и элементарному здравому смыслу. Другими словами, чтобы определить, какие шаги необходимы для вывода судебной системы из кризиса, следует в первую очередь понимать, в каком состоянии она находится сейчас и каковы причины такого состояния.

В настоящее время судебная реформа является одним из наиболее обсуждаемых и дискуссионных вопросов в обществе, при этом лиц, участвующих в этой дискуссии, можно условно разделить на две группы: первая – те, кто считают прошедшую (но не законченную) реформу судов успешной, но требующей еще некоторых шагов для победоносного завершения; вторая – те, кто данную реформу критикуют, необоснованно пострадали от нее, считают ее провальной и подчеркивают необходимость ее пересмотра.

К первой группе в основном относятся, ее авторы, архитекторы и исполнители, а также те, кто в результате реформы оказался на высоких должностях с беспрецедентно огромными для Украины зарплатами и широчайшими полномочиями. Так, с положительными оценками реформы в целом или отдельных ее этапов высказывались ряд членов Высшей квалификационной комиссии судей (далее – ВККС), Высшего совета правосудия (далее – ВСП), судей Верховного Суда. К этой группе также можно отнести некоторых «международных экспертов», то и дело высказывающих свое отношение к метаморфозам судебных органов в Украине, хотя их объективность и значимость для суверенного государства выглядят довольно сомнительными.

Интересно наблюдать, как в речах представителей бывшей власти, разгромно проигравшей последние выборные кампании, и на сайтах ВККС и ВСП после выборов 2019 года стали появляться разнообразные сообщения, заявления, мнения об исключительной успешности судебной реформы, а также одобрении ее результатов различными международными организациями. Некоторые из судей Верховного Суда даже предлагали ввести мораторий на пять — десять лет на принятие законодательных изменений относительно судоустройства, а также не допустить «перезагрузки» Верховного Суда. Впрочем, такие восторженные оды революционным изменениям в судебной системе могут иметь воздействие лишь на неискушенного в правовых вопросах обывателя, но многие профессиональные юристы небезосновательно полагают, что вышеуказанные заявления вызваны опасениями членов ВККС, ВСП, а также судей Верховного Суда лишиться своих должностей в связи с тем, что так называемая судебная реформа проходила с многочисленными нарушениями Конституции и законов Украины. Стремясь остаться в своих креслах, указанные лица стараются подчеркнуть свою нужность и исключительную миссию в формировании безукоризненной системы правосудия, умалчивая при этом (а, возможно, и не задумываясь?) о проблемах с законностью и легитимностью собственного пребывания на столь высоких должностях.

Аргументы указанных субъектов в пользу судебной реформы довольно расплывчаты и неубедительны (см., например, совместное заявление о ситуации в судебной системе председателей Верховного Суда, ВСП, ВККС, Совета судей Украины, ГСАУ, ректора НШСУ от 11.06.2019 г.). Так, их утверждения о том, что судебная власть стала более независимой, а политическое влияние на квалификационные и дисциплинарные процедуры относительно судей устранено, являются бездоказательными и не вызывают доверия. В то же время, можно согласиться с ними в том, что одним из последствий судебной реформы стало усиление роли ВККС и ВСП, однако этот фактор носит скорее негативный характер, поскольку деятельность указанных органов после 2014 года приобрела преимущественно карательный характер, что подтверждается беспрецедентно большим количеством уволенных с помощью дисциплинарных процедур, а также не прошедших квалификационное оценивание, судей. Усиление финансовых гарантий для судей как последствие судебной реформы также прежде всего ощутили на себе вышеуказанные представители первой группы, чьи зарплаты возросли до космических для рядового украинца размеров. Поэтому, легко понять, почему указанные лица защищают судебную реформу.

Вторая группа более многочисленна и включает многих судей первой и второй инстанций, политиков, государственных деятелей, представителей юридической общественности и населения. Отдельно в этой группе нужно упомянуть о профессиональных опытных судьях, пострадавших от незаконных увольнений или вынужденных уйти из профессии в связи с тем, что они были поставлены новоиспеченной властью в условия, не совместимые с дальнейшим достойным продолжением профессиональной деятельности.

Аргументы критиков судебной реформы гораздо более серьезны, обоснованны и должны быть учтены в процессе дальнейшего реформирования судебной системы.

В данной статье будут рассмотрены наиболее явные «уродливые» аспекты и последствия реформы, которые свидетельствуют о поразительном непрофессионализме, популизме, предвзятости и заангажированности авторов этой реформы и тех, кто воплощал ее в жизнь. При этом, в масштабах одной статьи невозможно подробно остановиться на каждом вопросе, поэтому после их краткого обобщенного анализа каждый их них должен стать предметом отдельного рассмотрения.

Первый и самый главный вопрос вызывает соответствие судебной реформы нормам Конституции Украины и формальная легитимность лиц, занявших должности в ВККС, ВСП и Верховном Суде, а также, собственно, авторов реформы.

Так, в феврале 2014 года, когда был отстранен от власти Президент Украины, возникла так называемая правовая прерывность, когда законная власть свергнута, а пришедшие к власти антиконституционным путем «революционеры» намеревались легализоваться, чтобы управлять государством. Однако, все их шаги, которые предпринимались для этого, противоречили Конституции и законам Украины.

21 февраля 2014 г., грубо нарушив установленную Основным законом Украины процедуру внесения изменений в Конституцию Украины, Верховная Рада Украины приняла Закон Украины «О восстановлении действия отдельных положений Конституции Украины» (вступил в силу 02.03.2014 г.), которым фактически внесла в Конституцию Украины изменения, вновь превратившие Украину из президентско-парламентской в парламентско-президентскую республику.

22 февраля 2014 г. способом, противоречащим Конституции Украины, Верховная Рада Украины отстранила от должности Президента Украины и назначила президентские выборы на май 2014 г., хотя законные основания для отстранения от должности действующего президента и, соответственно, назначения президентских выборов, отсутствовали.

Таким образом, в основе переизбрания президента Украины в 2014 году лежало очевидное грубое нарушение Конституции Украины.

 23 февраля 2014 г. Верховная Рада Украины возложила на председателя ВРУ А.В. Турчинова обязанности президента Украины до избрания нового президента, хотя по Конституции Украины (не принимая во внимание ее незаконного изменения 21 февраля 2014 г.) в случае невозможности исполнения обязанностей Президентом Украины его полномочия возлагаются на Премьер-Министра.

Таким образом, все законы Украины стало подписывать лицо, занявшее должность президента посредством нарушения Конституции Украины.

Аналогично, на основе незаконно измененной Конституции Украины было сформировано Правительство.

После прошедших в мае 2014 г. псевдолегитимных  «президентских выборов» незаконно приведенный к власти новый «Президент» распустил законно избранную в 2012 г. Верховную Раду Украины и назначил внеочередные парламентские выборы. В связи с этим, состоявшиеся в 2014 году досрочные парламентские выборы также выходили за рамки правового поля, а легитимность избранного в 2014 г. парламента, как и принятых им впоследствии законов, сводилась к нулю.

Тот факт, что провозгласившие себя новой властью лица были признаны так называемым мировым сообществом, не отменяет юридической ничтожности всех манипуляций со сменой власти в 2014 году.

С правовой точки зрения вышеперечисленное имеет все признаки захвата власти антиконституционным путем, сопровождавшегося имитацией осуществления легальных процедур смены власти в стране.

Впоследствии некоторые представители научной среды, признавая антиконституционный характер произошедших в Украине изменений, пытались оправдать это крайней необходимостью в связи с отсутствием Президента Украины на рабочем месте, однако они скромно умалчивали о том, что все процессы, связанные с «переходом» власти, сопровождались откровенным насилием, угрозами, преследованиями представителей власти со стороны протестующих.

Таким образом, уже во второй половине 2014 года президентская, законодательная и исполнительная власти сосредоточились в руках пришедших антиконституционным путем сил. Оставалась лишь одна ветвь власти, не имевшая прямого отношения к государственному перевороту и сформированная в соответствии с Конституцией Украины до описываемых событий, — это судебная власть.     

Разветвленная сложная судебная система, состоявшая из нескольких тысяч высокопрофессиональных юристов, видимо, не давала покоя новым властям, напоминая о возможной уголовной ответственности за совершенные преступления.

Поэтому с самых первых дней пребывания у власти промайдановских сил в отношении украинских судей была создана атмосфера психологического и законодательного террора. Расправа над судьями Конституционного Суда Украины, угрозы в адрес судей, регулярно звучавшие из уст представителей законодательной и  исполнительной власти, общественных деятелей и так называемых активистов, а также немыслимые в цивилизованном государстве совершенно дикие средневековые методы, такие как «мусорные баки», «коридоры позора», блокирование и срыв судебных заседаний все теми же «активистами» и многие другие факты, имевшие место в постмайданный период, являлись ни чем иным, как давлением на судебную власть с целью запугать и подчинить ее интересам новой политической «элиты».

Масштабы нарушений гарантий независимости судей, их несменяемости и неприкосновенности в постмайданный период настолько огромны, что требуют отдельного изучения и обязательного правового реагирования.

С целью расправиться с неугодными судьями самопровозглашенная власть, кроме прочего, изобрела такие механизмы (иногда нацеленные не только на судей, но и на иных неугодных лиц), как Закон Украины «О возобновлении доверия к судебной власти в Украине», предусматривающий, в частности, дисциплинарную ответственность и увольнение так называемых «судей Майдана», а также прекративший полномочия всех председателей судов, членов Высшего совета юстиции и ВККС и запретивший им занимать аналогичные должности в будущем; Закон Украины «Об очищении власти» (люстрации), суть которого сводилась к запрету политическим оппонентам новой власти занимать сколько-нибудь значащие должности в государстве; Закон Украины «Об обеспечении права на справедливый суд», которым, кроме прочего, вводилась процедура квалификационного оценивания, впоследствии распространившаяся на всех судей и ставшая особенно циничным способом отсеивать нелояльных судей. Все эти законы противоречат как Конституции Украины, так и мировой практике и в демократическом государстве неминуемо были бы признаны неконституционными.

Но особенно знаменательным этапом узурпации «революционерами» рычагов влияния на судебную власть стала следующая стадия – когда, полностью «зачистив» ВСЮ и ВККС от неугодных людей (которые, кстати, пребывали на своих должностях в полном соответствии с Конституцией Украины), новые власти обеспечили формирование указанных органов из тех, кто был им угоден. Таким образом, в руках лиц, пришедших к власти антиконституционным способом, оказалась «золотая акция», позволяющая посредством увольнений и дисциплинарных производств держать весь судебный корпус под контролем, а фактически — в подчинении.

Доказательством вышесказанного служит то, что количество судей, уволенных, привлеченных к дисциплинарной ответственности или не прошедших квалификационное оценивание по крайне сомнительным основаниям в период каденции вновь сформированных составов ВСЮ (в дальнейшем – ВСП) и ВККС, превышает все разумные границы.

После установления контроля над ВСП и ВККС, следующим шагом на пути овладения «революционерами» судебной властью стала расправа над высшими судебными инстанциями Украины. Под видом судебной реформы были ликвидированы высшие специализированные суды и Верховный Суд Украины, а вместо них создан орган, наделенный в целом теми же полномочиями и имеющий ту же основную задачу – рассматривать дела в качестве кассационной инстанции, ему даже название не смогли придумать более удачное, чем просто «Верховный Суд», чтобы не повторять название ликвидированного суда. При этом, несмотря на то, что вновь созданный суд был судом кассационной инстанции, как и ликвидированные высшие суды, переводить судей из них в новый суд не стали, чем нарушили, как минимум, конституционный принцип несменяемости судей. Вместо этого в суд высшей инстанции «по конкурсу» набрали людей, многие из которых до этого ни одного дня не работали в суде, часть судей перекочевали в Верховный Суд из кресел постмайданного состава ВККС и ВСП (возможно, это было элементом благодарности новых властей этим лицам за то, что они, будучи членами ВККС и ВСП, самозабвенно терроризировали судей дисциплинарными производствами, оцениваниями и увольнениями), остальные заняли должности по неубедительным с точки зрения права и здравого смысла причинам.

Процесс формирования Верховного Суда сопровождался многочисленными скандалами, вбросами компроматов и возражениями Общественного совета доброчестности, поскольку победившие в «конкурсе» кандидаты у многих вызывали скептическое отношение с точки зрения соответствия столь высокой должности.

Но главное даже не это (более подробный юридический анализ формирования ВККС, ВСП и Верховного Суда с иллюстрацией многочисленных нарушений Конституции и законов Украины должен стать предметом отдельных публикаций).

Главное в данном случае то, что вся описанная выше цепочка формирования вертикали постмайданной власти является пирамидой, в основе которой – грубое нарушение Конституции и законов Украины, а каждый последующий слой к уже допущенным в самом начале нарушениям добавлял новые нарушения закона и основополагающих принципов формирования власти, в особенности, судебной.

Другими словами, лица, пришедшие к власти через нарушение Конституции Украины, то есть, захватившие власть, вначале устранили с государственных должностей несогласных и/или нелояльных лиц, а затем расставили на этих должностях управляемых людей, узурпировав таким образом все рычаги власти в государстве. Показательным является также то, что до так называемой судебной реформы зарплаты судей даже высших судебных инстанций были довольно скромными, но зато для вновь назначенных членов ВККС, ВСП и судей Верховного Суда были установлены баснословные по украинским меркам оклады (как для «своих»?), настолько, что у постороннего наблюдателя возникает вопрос: не явились ли огромные зарплаты своеобразной узаконенной мздой власти вышеуказанным чиновникам за бесконечную лояльность?

В любом случае, в основе судебной реформы находится целый ряд грубых юридических пороков. Нельзя забывать и тот факт, что даже голосование за эту реформу состоялось с нарушением Конституции Украины, а именно – сначала проголосовали за новый Закон Украины «О судоустройстве и статусе судей», а уже после этого – за изменения в Конституцию Украины в части судоустройства, в связи с чем, этот самый новый закон де-факто является неконституционным.

Возникает логичный вопрос – можно ли считать успешной реформу, за которой тянется шлейф очевидных для любого юриста нарушений Конституции Украины? Имеют ли право те лица, в основе назначения которых на должности лежит нарушение Конституции Украины, судить других людей?

Необходимо отметить, что лица, претендовавшие на должности в высших органах судебной власти, как юристы, должны были понимать, что участвуя в конкурсах на занятие этих должностей, они, во-первых, сотрудничают с лицами, захватившими власть антиконституционным путем, способствуя захвату ими судебной власти, а во-вторых, выполняют роль стервятников, поскольку претендуют на кресла, из которых только что опять же с нарушением Конституции Украины, досрочно и необоснованно «выдавили» их коллег. При этом, первое является нарушением закона (ст. 109 УК Украины), а второе – нарушением моральных и этических норм.  

Кроме того, понимают ли судьи Верховного Суда, что они каждый день нарушают конституционное право граждан на справедливый суд, созданный законом, и, соответственно, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку в основе создания этого учреждения лежит закон, противоречащий Конституции Украины?

И последним этапом узурпации судебной власти стало «перетряхивание» низших судебных инстанций с помощью квалификационного оценивания и реорганизации судов, в результате чего по более чем сомнительным причинам были уволены многие судьи.

Таким образом, главным результатом судебной реформы стало увольнение неугодных новой власти членов ВККС, ВСЮ, а также огромного количества высокопрофессиональных, опытных судей, посвятивших данной профессии большую часть жизни, и назначение на освободившиеся должности лиц, готовых быть соучастниками в формировании иерархии власти антиконституционным путем.

Не секрет, что как результат судебной реформы, вследствие увольнения большого количества судей возник беспрецедентный дефицит судей, некоторые суды на протяжении длительного времени не осуществляют правосудие по этой причине. Кроме того, в результате этой же реформы судьи, у которых закончились полномочия (5-летний срок, на который они были назначены), месяцами, а во многих случаях, и годами, не осуществляли правосудие, ожидая назначения бессрочно, при этом продолжали получать зарплату, фактически не выполняя должностных функций.

Еще одним результатом метаморфоз в судебной системе стало то, что, как уже указывалось выше, деятельность «обновленного» ВСП стала носить карательный характер, количество судей, уволенных под предлогом привлечения к дисциплинарной ответственности, стало беспрецедентным за всю историю Украины. При этом, вопреки основополагающим принципам защиты прав человека, судей фактически лишили права на обжалование решений ВСП в судебном порядке, поскольку новый Закон Украины «О Высшем совете правосудия» предусматривает возможность обжалования решений ВСП исключительно по формальным основаниям (принято неполномочным составом ВСП, не подписано членом ВСП и т.д.), в связи с чем оспорить в суде сам факт совершения дисциплинарного проступка по сути и соразмерность назначенного наказания стало довольно проблематичным, что создало предпосылки для произвола со стороны ВСП по отношению к судьям. Интересно, что ВСП часто обвиняло судей в том, что их решения не мотивированы должным образом и создают у общества ощущение «свавилля» со стороны суда, но на самом деле «свавиллям» веет от деятельности ВСП, который во многих случаях привлекал судей к дисциплинарной ответственности, в т.ч. увольнял, по надуманным основаниям, и, думается, что в какой-то период времени Украину накроет решениями ЕСПЧ по делам о незаконных увольнениях судей.

Не «добитых» дисциплинарными производствами судей неминуемо настигает контрольный выстрел – всеобщее квалификационное оценивание – как для назначенных впервые, так и бессрочно, что противоречит как здравому смыслу, так и практике развитых европейских государств, где квалификационное оценивание применяется, как правило, в рамках дисциплинарных производств либо при повышении квалификационного класса судьи (переводе на вышестоящую должность). В результате, стали не редкостью случаи, когда судьи с многолетним стажем, имеющие огромный опыт и ранее ни разу не привлекавшиеся к дисциплинарной ответственности, с удивлением узнавали, что, по мнению ВККС, по результатам квалификационного оценивания они не подтвердили соответствие занимаемой должности. И это при том, что процедура определения результатов квалификационного оценивания является непрозрачной и не вызывает доверия у многих судей. Несмотря на это, решения ВККС можно обжаловать в суд лишь по формальным основаниям, а оспорить законность самого оценивания по сути закон не позволяет. Может ли существовать в демократическом правовом государстве подобный подход, это ли не «свавилля»?

Кроме того, процедура квалификационного оценивания проводится с вопиющими, подчас просто дикими, нарушениями прав и свобод человека. Так, судьи вынуждены на весь мир (так как собеседование транслируется в сети интернет) раскрывать подробности своей личной жизни, ВККС собирает подробную информацию не только о самих судьях, но и об их родственниках, причем без согласия этих самых родственников, и не только собирает, но и часто озвучивает в прямом эфире.

Так, судьи во многих случаях подробно описывают перипетии своей семейной жизни (сколько раз женились, разводились, кому и сколько платят или не платят алиментов, как делили имущество при разводе, как и чем им помогают родители (дети, супруги и т.д.) или наоборот как они помогают им, откуда деньги на дорогую квартиру у пенсионерки мамы (папы, бабушки, дедушки, сына, дочки, сестры, брата…), с кем, куда и за какой счет они или их родственники летали, ездили, почему пользовались услугами той или иной авиакомпании и многое другое, что раньше, до 2014 года (когда в Украине еще так откровенно не влияли на управление государством иностранные агенты, активисты и грантоеды) считалось неприличным обсуждать даже со старыми знакомыми, поскольку это элементы личной жизни, обсуждать которые среди интеллигентных людей не всегда уместно.

Стоит ли говорить, что в процессе таких собеседований неизбежно озвучиваются разные аспекты приватной жизни людей, которые имеют разную степень родства с судьей, чаще всего это информация о месте работы, уровне благосостояния, количестве сбережений, качестве взаимоотношений внутри семьи, месте проживания (надо отдать должное, без указания точного адреса, но услышав общую информацию, зная ФИО судьи, ознакомившись с его декларациями, отыскать кого-то из его родных чаще всего не составит труда), и, естественно, письменного согласия на разглашение этой информации никто у этих людей не берет, поэтому удивительно, что до сих пор нет громких судебных процессов по искам лиц, не имеющих отношения к профессии судьи, не обязанных ни перед кем отчитываться и имеющих полное право на неразглашение какой-либо информации о себе, но в чью жизнь бесцеремонно вмешалась ВККС в процессе так называемого «изучения судейского досье». Абсолютно очевидно, что в данном случае недостаточно сохранять в тайне от общественности лишь персональные данные близких судье лиц – любые сведения об этих лицах не должны обсуждаться без их согласия. Ссылки членов ВККС на ч. 4 ст. 85 Закона Украины «О судоустройстве и статусе судей» выглядят малоубедительными, т.к., во-первых, к самому этому закону в целом есть вопросы о его конституционности, во-вторых, абсолютно очевидно, что отдельные нормы данного закона противоречат Конституции Украины в части защиты личных прав и свобод граждан.

На тот факт, что публичность процесса оценивания судей иногда выходит за рамки разумности и может отпугивать кандидатов, потенциально хороших, но не желающих выставлять на всеобщее обозрение свою личную жизнь, указывали даже так почитаемые реформаторами международные эксперты.

В украинских СМИ неоднократно преподносился как победа тот факт, что несколько сотен судей ушли в отставку или уволились по собственному желанию, побоявшись проходить квалификационное оценивание. Некоторые «эксперты» называли это очищением судебной системы от недоброчестных служителей Фемиды и предрекали скорое пришествие на места «коррупционеров» новых кристально чистых и честных людей. Однако, на этот счет есть и другое мнение. Во-первых, уволились, как правило, судьи с огромным опытом, а кто придет на их место, сколько экспериментов на людских судьбах придется провести новичкам и сколько ошибок они допустят, прежде чем наберутся опыта, неизвестно. Во-вторых, причиной увольнения многих из вышеуказанных судей наверняка был не страх перед оцениванием, а чувство собственного достоинства и нежелание участвовать в спектакле по отсеиванию неугодных, устроенному временщиками, которые рано или поздно понесут за свои действия юридическую ответственность. 

ВККС фактически занимается несвойственной для подобного органа деятельностью – выяснением вопроса о том, соответствует ли уровень материального состояния судьи и всех его близких лиц их доходам, могут ли эти лица подтвердить законность нажитого имущества (причем, во многих случаях от судьи требуют отчитаться за родственников (особенно, это касается братьев и сестер), которые многие годы живут совершенно отдельно от судьи, никогда от него (нее) не зависели, имеют свои личные жизненные истории, профессии, часто не имеющие отношения к судебной власти, материальные блага, о которых эти люди совершенно не обязаны отчитываться ни перед своим родственником в мантии, ни тем более перед какой-то ВККС.

При этом, совершенно попирается принцип презумции невиновности, кроме того, непонятны критерии, по которым одним судьям удается убедить членов ВККС в прозрачности своих капиталов, а в других – нет. В процессе просмотра трансляций с собеседованиями судей иногда становится даже неудобно за членов ВККС от того, как иногда из-за их местечкового, простецкого, незатейливого подхода к этой процедуре, собеседование опускается до уровня банального обсуждения бытовых, рутинных аспектов жизни судей, как будто это разговор старушек у подъезда на скамейке, перемывающих косточки соседу.

Так, члены ВККС могут с бесцеремонной непосредственностью поинтересоваться у судьи, каким маршрутом он (она) предпочитает летать в другую страну и тут же предусмотрительно предупреждают, что их любопытство вызвано отнюдь не завистью, так как они, слава Богу, могут себе позволить путешествовать, и еще много практически анекдотичных случаев, подборка которых могла бы стать неплохой основой для полнометражного фильма в стиле трагикомедии, который прекрасно продемонстрировал бы всю печальную абсурдность и дикость происходящего в судебной системе Украины. Отдельного внимания заслуживает тот вопиющий и ничем не объяснимый факт, что сами члены ВККС квалификационного оценивания не проходили, т.е. судей оценивают люди, которые сами не подтвердили соответствие критериям кристальной чистоты, которой требуют от действующих судей.

Возникает вопрос – будет ли уважать народ судью, который для того, чтобы удержаться на должности, позволил ВККС прилюдно подробно разобрать себя на атомы, вывернуть наизнанку всю свою жизнь и сложить заново, заодно слив подробности жизни тех несчастных, которые находятся с ним в родстве? Государству нужно, чтобы сторона по делу, приходя в судебное заседание, воспринимала судью как воплощение профессионализма и справедливости или как соседа Васю, о котором знаешь всю подноготную, включая не самые лицеприятные нюансы его жизненных перипетий? От процесса квалификационного оценивания веет затхлой местечковостью, когда «все вокруг колхозное, все вокруг мое», эта процедура способствует развитию панибратского отношения народа к представителям судебной власти.

Деятельность ВККС и ВСП делегитимизирует еще и то, что как указывалось выше, их кадровый состав вызывает скептическое отношение у многих представителей юридического сообщества, а также у общественности, в первую очередь, в профессиональном смысле. К примеру, одним из требований закона к членам ВСП является быть признанным специалистом в области права, что подразумевает факт внесения такого вклада в теорию или практику юридической профессии, полезность которого является известной и признанной в юридическом сообществе, другими словами, претенденты на столь высокие должности должны выделяться на фоне коллег своими достижениями и иметь заслуженный авторитет среди них. Однако многие из тех, кто занимал должности членов ВСП за последние 5 лет, не могут считаться более признанными специалистами в области права, чем другие их коллеги, так как ни особо выдающимися заслугами в профессии, ни более высоким по сравнению с другими уровнем профессионального авторитета среди коллег на момент назначения на должность не обладали, многие были рядовыми судьями (как правило, высших специализированных судов) либо адвокатами, при этом следует помнить, что все судьи в Украине обладают одинаковым статусом, поэтому судья, занимающий должность в суде высшей юрисдикции, юридически имеет такой же статус, как и судья первой инстанции.

Впрочем, сомнительная обоснованность пребывания членов ВККС и ВСП, а также судей Верховного Суда на своих должностях не мешает им получать вполне реальные несоразмерно огромные зарплаты по сравнению с зарплатами и пенсиями остальных граждан Украины, о чем уже упоминалось выше. Согласно электронным декларациям, указанные лица получают от 200000 грн. до 300000 грн. с лишним в месяц. При этом, средняя пенсия в Украине составляет около 3000 грн. Средняя зарплата – чуть больше 10000 грн. ВВП на душу населения в 2018 году – 84192 грн. на человека, т.е. чуть более 3000 тыс. долларов США в год.

Если ознакомиться с Отчетом Европейской комиссии по эффективности правосудия, опубликованным в 2018 году (на основе данных по состоянию на 2016 год) «Европейские судебные системы Эффективность и качество правосудия», то сопоставление данных о соотношении зарплат судей в развитых европейских странах со средними зарплатами по стране с аналогичными показателями в Украине просто поражают.

Так, в 2016 году самые высокие зарплаты были у судей Швейцарии – в среднем судья высшего суда получал в год 331854 евро, при этом такая зарплата всего лишь в 4,5 раза выше средней зарплаты по стране. В Австрии судья высшего суда получает 126594 евро в год, что в 3,99 раза выше средней зарплаты по стране. В такой стабильной и успешной стране как Финляндия зарплата судьи – около 130000 евро в год, что в 3,22 раза выше средней. Во Франции – 119376 евро, в 3,37 больше среднестатистической. В Италии – 186637 евро, в 6,35 раз. В Люксембурге – 172172 евро, в 2,6 раз. В Великобритании – 250800 евро, в 7,5 раз. Как видим, в развитых и успешных странах зарплаты судей высших судов превышают среднюю зарплату по стране в среднем в 4,5 раза, что выглядит логичным и одновременно справедливым. Самая большая разница в зарплатах судей и средней зарплатой, по данным указанного отчета, была в Румынии – 8,28 раз.

Следует заметить, что в Европе зарплаты судей растут равномерно, без резких скачков, поэтому можно считать, что в 2018 году ситуация изменилась незначительно и может применяться для нашего сравнения.

Как следует из реестра электронных деклараций, в Украине судьи Верховного Суда (как и члены ВККС и ВСП) в среднем за 2018 год получили около 3000000 грн., т.е. около 100000 евро.

Это, ВНИМАНИЕ, примерно в 24-25 раз!!! больше средней зарплаты по стране, в  83 раза!!! больше средней пенсии по стране.

При этом, если сравнивать зарплаты судей в Европе за 2016 год и зарплаты судей на Украине за 2018 год, то можно сделать вывод, что в Украине, стране, занимающей низшие строчки в мире по уровню жизни населения, стране, где не утихает военный конфликт и которая держится за счет кредиов МВФ и финансовой поддержки  «зарубежных партнеров», зарплата судей существенно больше, чем в благополучных странах с высоким благосостоянием. Так, украинские судьи Верховного Суда в 2018 году получали больше, чем их коллеги из Чехии, Эстонии, Германии, Греции, Венгрии, Латвии, Литвы, Мальты, Монако, Португалии, Словакии, Словении, Турции и т.д.     

На одном из собеседований одна из членов ВККС предъявила судье претензии в том, что та летала в Европу в период, близкий к Иловайскому котлу, и в том, что неэтично летать в Европу так часто в такие времена в стране. Напрашивается встречный вопрос – этично ли члену ВККС получать зарплату, которая в 83 раза превышает среднюю пенсию по стране?

Знает ли МВФ и другие так называемые «донорские» организации, одобрением которых так любят прикрываться вышеуказанные органы судебной власти, как расходуются средства государственного бюджета Украины?

В Конституции Украины закреплено, что Украина является социальным государством, однако социальное государство подразумевает государство, политика которого направлена на перераспределение материальных благ в соответствии с принципом социальной справедливости ради достижения каждым гражданином достойного уровня жизни, сглаживания социальных различий и помощи нуждающимся.

В социальном государстве зарплата чиновника не может превышать среднюю зарплату и пенсии остальных граждан в несколько десятков раз.

Установление таких гигантских зарплат чиновникам на фоне мизерных выплат, получаемых остальной частью населения, непомерных тарифов на коммунальные услуги, которые все продолжают и продолжают повышаться, непрекращающихся боевых действий на востоке страны, а также бесконечных коррупционных скандалов в высших эшелонах власти, выглядит не как способ борьбы с коррупцией, а как маркер, указывающий на антисоциальный, антигуманный, дискриминационный характер власти в Украине, в том числе, высших эшелонов судебной власти и всей судебной реформы в целом.

Абсолютно очевидно, что результатом судебной реформы стала разбалансированная, нездоровая, наполовину разваленная судебная система, которая, еще до окончания реформы начала гнить с головы.

Очень показательным является то, что ВККС, ВРП и Верховный Суд были сформированы при власти, уровень поддержки которой среди населения, как показали последние выборы президента и парламента, крайне низок.

Уровень доверия к судам, по данным социологических опросов, также свидетельствует о том, что судебная реформа не привела к успеху.

По результатам соцопроса, проведенного Киевским международным институтом социологии в сентябре 2018 года, судам Украины не доверяют 78,5% населения; за последние 3-4 года у 58,1% жителей Украины отношение к судам не изменилось, у 31,3% — ухудшилось. Среди респондентов, которые слышали о судебной реформе, только 0,9% считаеют ее полностью успешной, 44% — полностью неуспешной, 23,7% — в целом неуспешной, но с отдельными позитивными моментами. При этом, среди тех, кто считает реформу неуспешной, 64,2% считают необходимым привлечь виновных в провале реформы лиц к уголовной ответственности.

В контексте вышеизложенного возникает еще один вопрос – возможно, создание хаоса в судебной системе является результатом не просто непрофессионализма «реформаторов», а было спланированной целью для повышения управляемости правосудием? Если это так, то какова роль в этом так называемых «международных доноров», а попросту говоря, иностранных агентов, которые открыто финансируют судебную реформу, создание антикоррупционного суда и другие преобразования в судебной системе Украины. При этом, бенефициаром такой финансовой помощи является ВСП, а различные «международные эксперты» участвуют в отборе судей и, не стесняясь, раздают рекомендации органам судебной власти о путях дальнейшего реформирования.

Чьи интересы защищают высшие органы в судебной иерархии, если процессы их создания и формирования кадрового состава финансируются иностранными организациями и происходят под чутким сопровождением иностранных «экспертов», — интересы Украины или вышеуказанных спонсоров? Возможно ли такое в суверенном демократическом государстве, что судебная власть выстраивается по рекомендациям и за деньги иностранных фондов? О какой независимости судей может идти речь в данном случае?

Пути решения вышеперечисленных, а также многих других проблем должна была дать созданная новым Президентом Украины комиссия по правовой реформе при условии, что ее состав и деятельность отвечали бы требованиям, указанным вначале данной статьи.

Однако, ознакомившись с составом комиссии, в частности ее рабочей группы по вопросам развития законодательства об организации судебной власти и осуществления правосудия, задаешься вопросом – понимают ли Президент и те, кто формировал состав комиссии, всю суть произошедших за 5 лет деструктивных процессов в судебной системе и достаточно ли у них профессионализма и политической воли для того, чтобы реально решать накопившиеся проблемы?

Очевидно, что на сегодняшний день начинать реформу судебной системы необходимо с органов, созданных с нарушением Конституции Украины, а именно, с ВСП, ВККС и Верховного Суда. Не могут во главе судебной системы стоять органы, чья легитимность вызывает обоснованные сомнения, а деятельность – не вызывает достаточного доверия у общества.

Однако, если в состав комиссии вошли представители именно этих органов (судьи Верховного Суда, члены и экс-члены ВККС и ВСП), то есть люди, которые принимали непосредственное участие в реализации предыдущей антиконституционной судебной реформы, то шансы на позитивные изменения в судебной системе близятся к нулю, поскольку указанные лица не станут реформировать сами себя, а скорее всего постараются сохранить статус кво и удержаться на своих должностях.

Кроме того, прослеживается явное противоречие между заявлениями представителей Офиса Президента о необходимости пересмотра предыдущей судебной реформы и реальными действиями, которые выразились в назначении в состав комиссии вышеуказанных лиц. Состав комиссии уже вызвал разочарование у многих представителей юридической общественности.

При таких условиях деятельность комиссии может свестись к банальной имитации реформ и управлять судебной системой Украины действительно будут «с десяток семей», о чем совсем недавно заявил журналистам заместитель руководителя Офиса Президента Украины. В таком случае о построении в Украине независимой, справедливой и эффективной судебной системы придется забыть на неопределенное количество лет.

Юлия Покровская, кандидат юридических наук

* Редакция может не разделять мнение автора и оставляет за собой право на публикацию альтернативной точки зрения.

Хотите быть в курсе важнейших событий? Подписывайтесь на АНТИРЕЙД в соцсетях.
Выбирайте, что вам удобнее:
- Телеграм t.me/antiraid
- Фейсбук facebook.com/antiraid
- Твиттер twitter.com/antiraid

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *